george_rooke: (Default)
В начале 1790 года Густав и герцог Зюдерманландский решили пойти ва-банк. Воспользовавшись тем, что на зиму русские разделили свои парусные эскадры, шведы решили разбить их по частям. Шведский же гребной флот должен был атаковать Выборг, захватить его, и далее, приняв войска из Финляндии, идти сразу к Петербургу, чтобы совершить десант прямо в русской столице.
Но «что-то пошло не так». 13 мая 1790 года Зюдерманландский атаковал стоящую в гавани Ревельскую эскадру, попал под продольный огонь, потерял 64-пушечный корабль «Принц Карл», 60-пушечный «Раксен Стендер» и 64-пушечный «Таппархетен», и убрался к Красной Горке, надеясь разбить Кронштадтскую эскадру Круза. Шведы, имея 21 линейный корабль против 17 наших, повели сражение совершенно нерешительно, были отбиты по всем пунктам, и когда утром 5 июня 1790 года вдали показались паруса Ревельской эскадры, бежали в Выборгскую губу, к своему армейскому флоту, где и были заблокированы русским парусным флотом.
Что касается шведского гребного флота, он смог в тяжелом бою почти уничтожить отряд Слизова у Фридрихсгама, и подошел к Выборгу, надеясь взять его очень быстро и без проблем. Надежды на это были вполне обоснованы, ведь основные силы Нассау-Зигена были отведены на зимовку в Санкт-Петербург и разоружены, оставили лишь дежурные отряды Слизова во Фридрихсгаме и Козлянинова в Выборге. Козлянинов имел в Выборге 52 боевых единицы – фрегат «Автроил», гребные фрегаты «Биорн-Эресинда», «Рогвальд», «Оден», шебеки «Скорая», «Легкая», «Быстрая», прам «Гремящий», «секретные суда» (аналог шведских удем) «Осторожное», «Наступательное», «Охранительное», 5 бомбардирских судов и мелкие корабли. Шведы, подошедшие к Выборгу, располагали 154 гребными судами и 1600 орудиями, поэтому Козлянинов укрылся на Транзундском рейде под защитой береговых батарей.
Что получилось изначально? Шведский парусный флот своими демонстрациями отвлек русских от действий армейского флота, и Густав III, появившийся в Выборге с гребными судами, заблокировал весь наш гребной флот, какой на тот момент был. Как мы помним, Слизов был разбит у Фридрихсгама, а корабли Нассау-Зигена еще комплектовались и оснащались. Таким образом, если Козлянинов был бы разбит, шведы вдоль берега вполне могли бы перевезти свою армию прям в устье Невы, и высадить на набережных русской столицы. Сознавая силу противника и собственную слабость, Козлянинов не стал безрассудно идти в бой, и ограничился крепкой обороной под прикрытием береговых батарей.
Когда в Выборгскую губу пришел шведский парусный флот, а потом подтянулись и эскадры Чичагова и Круза – ситуация стала напоминать слоеный торт: русский флот блокировал шведский флот, который в свою очередь блокировал русские гребные суда. При этом Чичагов не мог атаковать сходу, поскольку в узости ему нужны были галеры и прамы, а они были заблокированы на рейде Транзунда. Соответственно, атака откладывалась до прихода Нассау-Зигена.
А чем же в этот момент занимался принц? Подготовкой команд. Вот как это описывает российский историк Головачев: «Точное направление выстрелов из орудий, верная постановка судов на позициях и поспешные перестроения на маневрах — все это зависело тогда от хорошо обученных для гребли команд. А команды, на наших шхерных судах, становились в тупик от каждой случайности, и часто, в самый критический момент, сбившись с такта на целые полчаса, махали порознь веслами и не могли дать хода судну, находившемуся иногда под самыми разрушительными выстрелами».
Только 30 апреля 1790 года Нассау-Зиген получил указ Екатерины, окончательно определивший его задачи и возможности: «Галерный флот Мы вверяем предводительству вашему с тем, что оный состоять будет под собственным нашим ведением и, вследствие того, вы прямо к нам посылать донесения и от нас получать указы будете. Но, тем не менее, в случае общаго действия с сухопутною армиею и высадки войска на финские берега, обязаны вы исполнять предписания генерала графа Салтыкова и вообще, что до сухопутных войск на галерном флоте определяемых, оныя составляют части армии генерала графа Салтыкова, относительно генерального произвождения и прочих дел по службе, ему представлять и от него получать решения должны, но не инако, как посредством вашим».
9 мая генерал Салтыков писал канцлеру Безбородко: «Высылайте Нассау: истинно стыдно, что неприятель своей флотилиею разъезжает; уже другой рапорт имею, что он в 70 судах был у Питконеми; а сегодня уже в 20 верстах к Выборгу стоят, хотя и трудно им зайдти, но тревоги много в земле и здесь сделают, когда покажутся. Теперь хоть укрепляют устье здешней бухты, но показаться им никто не помешает без нашаго гребнаго флота; наш корабельный им не угрожает, а идет своим фарватером».
Однако наш гребной флот не был готов, хотя принц прикладывал к этому все силы. Гребные суда были разбросаны по нескольким портам – Фридрихсгаму, Ревелю, Выборгу, Кронштадту и Петербургу. Кстати, поэтому король Густав никак не мог обнаружить, где же находятся главные силы нашего гребного флота, и говорил, что «флотилия Нассау-Зигена пока составляет инкогнито».
К 10 июня у Толбухина маяка принц смог собрать 3 корабля, 8 гребных фрегатов, 5 бомбардирских судов, 1 прам, 2 полупрама, 3 плавучие батареи, 6 шебек, 2 катера, 19 шхун, 47 канонерских лодок, 2 брандера, всего 89 судов; достраивавшиеся в Санкт-Петербурге 70 канонерских лодок вице-адмирал решил не дожидаться. 13 июня эскадра направилась к западу, но из-за неблагоприятных ветров двигалась медленно и лишь 17 июня начала огибать мыс Стирсудден.
18 июня флотилия была у Березовых островов, и вошла в контакт с Чичаговым. По идее оба наших командующих должны были провести военный совет, чтобы выработать меры взаимодействия между собой, и решить способ атаки шведов. Однако ни Нассау, ни Чичагов этого не сделали. Меж тем шведы оказались в ужасном положении, имея 21 линейный корабль против 27-ми у русских, 89 русских гребных судов с юга, да еще 52 – в тылу. Именно поэтому, в 4 часа утра 22 июня 1790 года шведский флот пришел в движение, дождавшись долгожданный ост, который позволял ему вырваться из выборгской ловушки.
Герцог Карл приказал выстроить линию, под ее прикрытием с севера в нескольких колоннах шли иолы, галеры, канонерские лодки, транспорты. Прорыв они решили делать между Крюсеротом и банком Репье, поскольку там фарватер имел большие навигационные сложности, и русские его слабо охраняли. Эскадра контр-адмирала Повалишина (5 линкоров, 1 бомбардирское судно) оказалась на острие атаки, и, хотя нанесла шведам значительные повреждения, но и сама несла большие потери. Шведы потеряли 5 линкоров, несколько фрегатов, но основные силы вырвались на большую воду.
А что же Нассау-Зиген? Из донесения Екатерине 20 июня: «Ветер противный. Но так как он не силен, то и мог я ночью продвинуть вперед канонерские лодки, оставшиеся назади; и если ветер немного успокоится, то мы войдем в пролив. Я думаю идти до Равицы, если не удастся дойти до церкви Койвисто. А так как шведы имеют тут отделение гребной флотилии, то мне придется прогнать их; но пост этот необходим для меня, чтобы утвердиться с моею эскадрою в проливе. Я произведу это нападение и потом отправлюсь к г. адмиралу Чичагову, для принятия общих мер на великий день...».
21-го числа - безветрие. Наконец-то флотилия смогла подойти к Березовому проливу, и принц решил дать отдых гребцам. К 22.00 Нассау начал выдвигаться в атаку. По диспозиции правое крыло составляли шхуны под командованием Слизова, центр — прамы, шебеки и корабли, левое крыло — гребные фрегаты и плавучие батареи. Четыре гребные бомбарды следовали за ними, а канонерские лодки находились при крупных парусниках по две и на флангах. Всего в строю находилось 84 судна с примерно 800 орудиями, не считая фальконетов.
В 23.30 завязался бой с гребными судами шведов. Противник пытался атаковать, но был отражен огнем гребных фрегатов под командованием английского волонтера Деннисона. Около 3.30, 22 июня, бой затих. Русские потеряли 1 шхуну, шведы – брандер и канонерскую лодку.
В 6.00 принц дал отдых гребцам, и приказал завтракать, ведь его люди четыре часа были в бою. Он еще не знал, что шведы пошли на прорыв. Выяснилось это только к 11.00, когда была дана команда идти в Выборгскую губу, и атаковать шведские галеры. Однако, как мы понимаем, шведы уже основной массой своей миновали Крюсерот и имели солидную фору. Единственный плюс в сложившейся ситуации был в том, что Нассау смог соединиться с Козляниновым.

https://sputnikipogrom.com/history/67882/rochensalm/

6
george_rooke: (Default)

Разбирая сражения галерных флотов в войне 1788-1790 годов, следует помнить, что с одной стороны был армейский флот, готовившийся к реваншу чуть ли не 20 лет, а с другой стороны - чистая импровизация, сделанная на коленке в рекордно короткие сроки.
В шведском армейском флоте мне понравились некоторые виды кораблей.
Шлюп (Kanonslup):оснащен парусами и 10 парами весел. Осадка всего 3 фута, или 0.9 метров. Вооружены двумя пушками - одна в носу, одна в корме. Пушки от 18 до 24 фунтов.
Тендер или иол (Kanonjolle):5-10 пар весел, и одна пушка. Но размещение её интересное - в корме. Мне почему-то сразу вспомнилась тачанка.
Бомбардирский баркас (Mörtarbarkass):7 пар весел, и по одной мортире на каждом. Использовался для обстрела берега.
Архипелагский фрегат Skärgårdsfregatt ): к этому классу относились и знаменитые турумы, от 16 до 28 орудий, в основном 12-фунтовые. А геммамы - аж 24х24-фунтов. пушки. Отличие последних - два дека вместо одного.
Прамы (Skottpråm): несли двадцать четыре 12-фунтовых и шестнадцать 4-фунтовых пушек. кроме того, две мелкие пушки были в надстройке, что-то типа поддержки десанта.
В 1788 году галерный и армейский флот были снова соединены под одной общей командой и состояли из двух отрядов: шведская эскадра — из 28 галер, 27 эспингаров (неподнимающиеся на борт вспомогательные суда), 30 канонерских лодок и 3 королевских яхт, и финляндская эскадра, состоявшая из 3 геммамов, 8 турумов, 3 удемов, 8 мортирных баркасов, 15 канонерских баркасов, 40 канонерских лодок и, кроме того, много судов специального назначения: для начальствующих лиц, авизо, для запасов провианта, воды, для больных, транспортных судов и проч.; все они были в хорошем состоянии. Большим недостатком армейского флота было то, что он должен был тащить за собой громадный обоз провианта и боевых припасов, который очень стеснял его движения.






А что у нас?
На начало войны русский армейский флот состоял из...  8 полугалер. Уже после начала войны срочно начали строить 150 галер, 200 шлюпок и 8 канонерских лодок. Естественно тогда же и началось комплектование экипажами .
Так что, на мой взгляд, наша импровизация отиграла в войне гораздо лучше, чем мы могли бы рассчитывать.

george_rooke: (Default)
Итак, 26 августа 1808 года английские корабли "Сантор" и "Имплекейбл" захватили-таки русский корабль "Всеволод" и взорвали его на глазах у всего русского флота, укрывшегося в Балтийском порту (Палдиски).
Когда подошел шведский флот - сначала думали атаковать сгрудившиеся русские корабли брандерами, но батареи Балтийского Порта были расположены очень удачно и находились в полной готовности, поэтому решили русских просто заблокировать.
Однако уже через месяц (20 сентября) блокаду сняли. Что же послужило поводом для снятия?
Ответ простой.
Цинга.
Да-да, не удивляйтесь, в начале XIX века шведский флот косила цинга. Вообще первые смерти начались еще до выхода из Карлскроны, 9 августа. К 22-му августа треть экипажей была больна цингой.
Шведы кое-как вышли из порта 23-го, 26-го соединились с англичанами (шведы шли очень медленно, и "Сантор" с "Имплекейблом" во время погони за русскими их просто обогнали), и начали блокадные действия. Однако уже через две недели ситуация стала просто угрожающей - моряки помирали как мухи, только треть команд были относительно здоровы и дееспособны. Не зная что делать, шведы взмолились, предлагая вернуться обратно.
Такое решение Самарез принял 19 сентября, и 20-го корабли ушли.
За время блокады шведский флот потерял 2 коммодора, 14 капитанов, 53 офицера, и 5300 моряков. Еще 3000 моряков находились в лазаретах, и было очень мало надежды, что они смогут поправиться. Почему же случилась такая ситуация?
Рацион шведского флота не менялся с 1600-х годов. Соленое мясо (говядина, свинина, оленина) плюс сухари. Горячая пища была представлена либо гороховым супом, либо овсяной или ржаной кашей. Ну плюс приятные мелочи, типа масла, соли, табака и спиртного. То есть витаминов в рационе был вообще самый минимум.
Естественно, что цинга начиналась еще на берегу. Русских во все времена очень спасал хрен, которым шведы брезговали, а хрен - это очень сильный источник витамина С.
Плюс - несколько дней подряд, уж не знаю, зачем, шведское командование заставляло своих матросов ночевать на палубах, под открытым небом. Вроде палубы там чем-то обрабатывали или проветривали. Ах да, скорее всего дезинфекция палуб была вызвана чумой в Стокгольме весной 1808-го.
По возвращении в Карскрону Самарез понял, что на следующий год, у него вполне может не быть союзного флота. И срочно выделил своего флагманского врача Джона Джемисона для наведения порядка с медицинской ситуацией у шведов.
Джемисон собрал шведских хирургов и прочитал им курс лекций о том, как борятся с цингой, тифом и другими болезнями на флоте англичане. Так же он составил записку для короля Карла Густава IV, где рекомендовал законодательно закрепить некоторые меры поддержания гигиены и чистоты. В частности с 1808 года шведы начали закупку лимонов и апельсинов для своего флота. По примеру англичан они начали их солить, ибо в их климате фрукты быстро портились.
Вообще, статистика даже для того времени очень печальна. Из 100 000 шведских моряков, которые погибли во время войн с 1793 по 1814 год более 80% погибли от болезней, чуть более 10% в результате того, что не умели плавать (утонули), и только 6,3% от воздействия противника.


george_rooke: (Default)
Данные о составе эскадры Ваттранга разнятся. Глете пишет о 16 ЛК, 6 ФР, 3 бригантинах, 3 бомбардирских судах, 2 шхерботах и 11 галерах. Ему противоречит Свенска флотанс хисториа - там говорится о 16 ЛК, 3 ФР, 2 прамах (они же, кстати, и бомбардирские суда, оснащенные мортирами для обстрела берега), 3 шхерботах и 12 галерах.
И вот давайте встанем на место Ваттранга. У него есть для действий на мелководье 2 прама, 3 шхербота и 12 галер. Если речь об условном мелководье - то прибавляются еще и 3 фрегата. При этом русскую стоянку в Тверминне он не атакует, боится мелей.
Потом до него доходит слух о строительстве переволоки, и он отсылает туда.... только часть своих легких сил (1 прам, 6 галер и 3 шхербота). Вот логика именно этого решения мне непонятна. Ибо ясно видно, что Ваттранг отказался от борьбы в узостях и мелях, и ждет, когда русские выйдут на чистую воду, так зачем он держит при себе бесполезную мелочь?
На мой взгляд посылаемый к Рилакс-фьорду отряд был очень слаб и избыточно мал. Допустим, что шведы поверили в устройство переволоки, и прам там нужен был для того, чтобы обстрелять сушу. Но ведь ежу понятно, что если русские будут везти галеры посуху, то в месте Рилакс-фьорда она обязательно обустроят батареи для беспрепятственного спуска галер на воду. При этом треть сил (3 шхербота) у Эреншельда совершенно бесполезна для обстрелов имея на вооружении 2-фунтовые пукалки, а галеры с береговыми батареями тягаться не могут. Остается одна надежда - "Элефант". Но почему тогда послан 1 прам, ведь в наличии было то их 2! В общем, на мой взгляд, как раз 3 бесполезных шхербота Ваттранг мог оставить у себя, может быть даже с одним мелкосидящим 26-пушечным фрегатом. Именно для того, чтобы захватывать на мель севшие корабли, и проводить разведку под прикрытием линкоров. А отряд Эреншельда должен был быть качественно другим - это 2-3 ФР, 2 прама, и 12 галер.
И боюсь, с таким отрядом наши 97-98 галер не справились бы.

george_rooke: (Default)
Надо сказать, что разгром, понесенный в двух войнах от России (1788-1790 и 1808-1809) от шведского флота времен Густава III оставил рожки да ножки.
На 1815 год шведы имели следующие корабли:
Fadnerslandet (62), год постройки - 1783.
Forsiktigheten (62), 1784.
Dristigheten (62), 1785.
Manligheten (62), 1785.
Tapperheten (62), 1785 (продан в Колумбию Боливару в 1825 году, а в 1826 латиноамериканцы сбыли его португальцам, где он служил до 1848 года).
Wladislaff (74), Бывший русский "Владислав". Полностью сгнил в 1819 году.
Gustaf den Store (74), 1799.
Кроме того в наличии было еще шесть 44-пушечных фрегатов.
В 1814 году Швеция с благословения больших держав завоевала Норвегию (в компенсацию за Финляндию), но это совершенно не улучшило ее состояния.
В 1825 году, чтобы поправить свое положение, в Колумбию были проданы несколько кораблей, что позволило с 1824 по 1841 год построить 6 кораблей.
В Колумбию были проданы линейный корабль "Тапперхеттен" и 40-пушечный фрегат "Аф Чапман". Сумма сделки - 361500 риксдаллеров (700 тыс. пессо). Проданы через британскую фирму "Голдсмит и Ко". Самое прикольное в другом - в 1826 году, поскольку еще вся сумма не поступила на счета шведского правительства - капитан Торденшельд отказался передать ЛК колумбийскому правительству и увел его в Нью-Йорк. В дело вмешался Ротшильд, который нашел покупателя на кораблик, им оказалась Португалия, и колумбийцы, недоплатившие за ЛК 19 тыс. риксдаллеров, стали резко должны 25 тысяч риксдаллеров теперь уже Ротшильду. Ну а шведы, получив данные, что оплата погашена, забрали с корабля свои личные вещи и на трансатлантическом судне отбыли домой, оставив "Тапперхеттен" своей судьбе.
Отдельной темой стоит строительство Гёта-Канала, который должен был соединить Балтийское побережье Швеции с Северным морем в обход Зундов. Строительство его было начато еще Карлом XII, и лишь в 19 веке вступило в решающую фазу.
Понятно, что канал имел большое хозяйственное значение, плюс - позволял делать маневр военно-морскими силами, минуя Зунды. Но видя численность не так далеко находящегося флота России, простые шведы зло шутили, что Гётта-канал построен с одной целью - как можно быстрее эвакуировать королевскую семью в Норвегию из Стокгольма, когда в Швецию войдут жадные и жестокие русские орды. С тем, чтобы быстрее сесть на корабль и организовать правительство в изгнании.
Первые пароходы появились в шведском флоте только в 1852 году.
На 1844 год состав шведского флота - 5 ЛК и 6 ФР.
Вообще шведская политика в данное время характеризовалась как "балансная политика". То есть если нам угрожает Россия - дружим с Англией и Францией.
Если нам угрожают "западные партнеры" - дружим с Россией, ибо "сколько волка не корми - а у слона все равно толще".


Бой шведского фрегата с норвежскими канонерскими лодками в войну 1814 года.
george_rooke: (Default)
Табличка первая.

Тоннаж военно-морских флотов основных морских держав в 18 веке








1 720 1730 1740 1 750 1 760 1770 1780 1 790
Великобритания 174 189 195 276 375 350 372 473
Франция 48 73 91 115 156 219 271 324
Испания 22 73 91 41 137 165 196 253


Посмотрите как сокращается разрыв между английским и французским флотом с 1760-го года! Французы действительно сделали качественный рывок в кораблестроении.
И особых слов заслуживают испацы, в десятилетие с 1750 по 1760-й увеличившие флот в 4 раза.


Табличка вторая.

Тоже тоннаж военно-морских флотов, но только - Балтийского региона. Естественно, XVIII век, естественно - в тыс. тонн.




1650 1 675 1 700 1725 1 750 1775 1 790
Дания-Норвегия 25 29 46 47 66 83 87
Швеция 28 35 53 34 45 50 48
Россия - - - 55 59 75 145

Заметьте, что с 1725 по 1775 тоннаж почти не растет вообще, как застыл на месте. Интенсивное строительство начинается во времена Екатерины, и это понятно - появился второй флот. Тоннаж увеличивается ровно в два раза.
И обратите внимание вот еще на что - увеличение российского тоннажа всегда следует за увеличением тоннажа флота у шведов (до 1790 года). То есть первостепенное значение для России имеет полутора- или двукратное превосходство над Швецией, как основным соперником в регионе.
Отдельно удивили датчане - насколько я понмю, весь 18 век у Дании количество линейных кораблей было примерно одинаковым - от 20 до 30. А тоннаж скачет от количества судов, меньше ЛК. Их то много, то мало.
Отдельно хочется сказать о Турции, не вошедшей в рейтинг.
На 1787 год турки имели на Черном море тоннаж в 38 тыс. тонн против нашего в 20 тыс., в 1790-м - 20 тысяч тонн против нашего в 45 тыс. тонн.

Таблички и данные взяты из Glete, Jan. Navies and Nations: Warships, Navies and State Building in Europe and America, 15001860. 2 vols. Stockholm, 1993.

UPD: Тем, кому интересно, что же произошло с французским флотом во время революции, я бы очень советовал почитать William S. Cormack "Revolution and Political Conflict in the French Navy 1789-1794". Книга действительно стоящая, и очень подробно объяснена судьба французского флота во время Французской Революции.
george_rooke: (Default)
Поскольку знаю, что здесь как минимум человек 5 ей очень интересуются.
Вопрос о маневрах шведского флота перед Эландским сражением.
Итак, герцог Карл поднял свой вымпел на флагмане 28 июня. Вышли в море 8 июля. Вопрос: зачем поперлись на запад (к Кёге-бухте) а не на восток, к Ревелю или Кронштадту?
Пытаться ловить Копенгагенскую эскадру?
george_rooke: (Default)
"В течение всего Гогландского сражения герцог Карл {Зюдерманландский} сидел в своей каюте, накачивая себя вином, и раз за разом пытался убедить капитана вывести корабль из боя"

Из статьи Горада Фрилунда "Шведский флот 1780-1809 годы"
george_rooke: (Default)
Обратите внимание на сроки службы и на количество тимберовок у некоторых кораблей.

Наименование Ввод в строй Место постройки Пушки Окончание службы
Hercules, rebuilt 1689-90, 62 guns 1650 Wismar/C 54 1710 Sunk
Saturnus (ex Nyckeln), rebuilt 1687 as Bohus, 74 guns 1662 Bodekull 64 1707 Sunk
Wrangel, rebuilt 1689, 70 guns 1664 Stockholm 60 1713
Jupiter, rebuilt 1689 as Uppland     1665 Lübeck/C 70 1710 Sunk
Venus, rebuilt 1685 as Finland    1667 Karlshamn 64 1706 Sunk
Carolus XI (ex Scepter), 1683 Sverige, 1678 Stockholm 82 1721
1684 Wenden, 1694 Prins Karl, 1694 Sverige
george_rooke: (Default)
В сентябре 1509 года Любек подписал со Швецией союзный договор, согласно которому ганзейские города Штральзунд, Любек, Висмар, Росток и Люнебург поставляли скандинавам оружие и боеприпасы, а так же провиант, которые оплачивались серебром и шведским железом. Ганзу поддержал и император Максимилиан, который настроил против Иоганна Датского Брабант, Фландрию, Голландию, Ватерланд (Нижнюю Голландию) и Фрисландию. Шлезвиг-гольштейнский герцог Фридрих вызвался быть посредником между Данией и Ганзой, переговоры начались 23 января 1510 года и продолжались до конца марта, но закончились они ничем.
Казалось, Дании ничего не остается, как заключить мир, однако на ее сторону неожиданно встали ганзейские же города Гамбург и Данциг, начав поставки вооружения и продовольствия Иоганну. В этих действиях не было никакого внутреннего раскола, просто бравые парни хотели подзаработать не хуже Любека и союзных ему городов.
10 марта ганзейской федерацией (исключая Гамбург и Данциг) было принято решение сформировать и профинансировать отряд наемников в 4700 человек, из них 1200 оплачивал Любек, а остальные подписанты пакта оплачивали 3500 человек. Весной же 1510 года ганзейская эскадра из 6 больших кораблей неожиданно атаковала 12 мелких датских кораблей и отогнала их от острова Мён (у южной оконечности Зеландии), а далее проследовала к Ферман-Бельту, миновав который высадила войска на острове Лангеланн.


Шведский корабль "Стора Кравелен"

Другая ганзейская эскадра, из 14 нанятых кораблей, вышла в крейсерство к Хельсеборгу, где захватила 11 торговых датских кораблей и доставила их как призы в Любек.
27 марта император обратился с письмом к графу Нассау с тем, чтобы он помогал Любеку как только возможно. Нассау не стал вмешиваться в военные действия, а просто ссудил Ганзу деньгами, что позволило Любеку в июле выставить в море 36 кораблей, которые 17-го числа подошли к Борнхольму и высадили большой десант. Датчане на острове были не в силах сопротивляться и решил откупиться от наемных кампаний. Согласно договору борнхольмцы выплатили солдатам 8000 серебряных крон и поставили на корабли заявленное продовольствие. Ганзейский флот взят курс на Готланд, где к нему присоединились 9 шведских кораблей, и теперь общая численность флота составила 45 единиц. Объединенная эскадра прошлась огнем и мечем по провинции Блекинге (Сконе) и разграбила селения на острова Лааланд. Однако от высадки на хорошо защищенный остров Фюн наемники, отягощенные серебром, отказались и флот развернулся обратно.
Любекский городской совет выразил крайнее неодобрение. Бургомистр писал: «Никогда еще такие большие силы не достигали столь малого результата». Деньги были потрачены, а цели, запланированные перед флотом и десантом, не достигнуты. Кто был доволен сложившейся ситуацией – так это наемники. Они получили оплату вперед за четыре месяца, плюс – из 8000 крон, взятых на Бронхольме, сразу же освоили половину. И теперь опять требовали оплаты, угрожая либо уйти к датчанам, либо награбить искомое в любекских окрестностях.
Что касается шведских кораблей – один из них получил повреждения, сем на мель у Лааланда, а восемь остальных с любексим войсковым транспортом двинулись к острову Эланд с намерением захватить там датскую крепостицу. Осада началась 15 августа, однако датчане как-то не сдавались, и 17 сентября шведы отплыли в Стокгольм. В этот же день посланники шведского Риксдага подписали в Любеке с Ганзой союзный договор, открывая свои порты для ганзейских контор и участвуя деньгами в создании нового ганзейского шведского флота (который после войны должен был полностью отойти в собственность Любека и компании).

Стокгольм.
george_rooke: (Default)
Есть ли более конкретные данные по приведенному ниже.

Русская версия:

Когда в 1555 г. начались военные действия со Швецией, русские войска успели усилить гарнизон крепости Орешек, перебросив туда значительные подкрепления. В источниках сохранилось упоминание находившегося в крепости во время осады воеводы "Петра Петрова" - несомненно П.П. Головина, направленного туда из состава Большого полка А.И. Ногтева. В сентябре 1555 г. шведские войска, поддержанные флотом, начали осаду Орешка: "пришед Яков (адмирал Якоб Багге. - В.В.) от Выбора сухим путем на конех, и пешие с ним люди были многие, а в бусех с моря Невою пришли в то же время с нарядом многие же люди к Орешку же; и по городу из наряду били, и землю воевал, а стоял под городом три недели; а в городе был тогды Петр Петров". Другие неприятельские отряды "приходили х Кореле и многие села и деревни жгли и людей многих до смерти побили, а иных в полон имали". Один из таких отрядов, пытавшийся переправиться через Неву "на Ноугородскую сторону", был разбит Сторожевым полком С.В. Шереметева.

Волков В.А. "Русско-шведские войны"

Шведско-финская версия:

Весной 1555 года, когда Густав Ваза и его сын, Йохан, пересекли Ботнику и прибыли в Финляндию, там шла вялотекущая война между Швецией и Россией. Чуть ранее финский воевода Якоб Багге на 10 малых судах поднялся вверх по Неве и разведал путь до Орешка, после чего вернулся с флотилией в Выборг. Он зажег короля своим рассказом и в сентябре 1555 года предпринял набег на русские городки и села у Невы. Из Выборга на 13 малых судах вдоль берега была отправлена пехота, сам же Якоб с конными посуху добрался до Орешка. Флотилия его смогла проникнуть в гавань, но была отогнана пушечным огнем русских. Он разорил в округе несколько сел, но Орешек захватить не рискнул и вернулся обратно. Густав Ваза, которому военные расходы на экспедицию показались достаточно высокими, был очень зол на сыновей Эрика и Йохана, да и на самого Багге, и тому с трудом удалось избежать опалы. Неудача под Орешком переводила конфликт в затяжную стадию, к чему оказались неготовы ни шведы, ни русские (последние не смогли взять Выборг).

A. Zettersten "Sv. flottans historia åren 1522—1634" (1890)

Вопрос - а разбиралась ли в российских источниках осада Орешка образца 1555 года более подробно? Не могли бы вы что-нибудь порекомендовать по этому поводу?
george_rooke: (Default)
В Тридцатилетнюю войну Швеция стремилась к установлению господства на всем побережье Балтийского моря. Обладая превосходством на суше, на море она тем не менее уступала Дании. В 1643 году у Швеции имелись 31 боевой корабль и 11 вспомогательных. Флот Дании насчитывал 64 корабля, из которых 40 были боевыми. Шведы представляли себе трудности, связанные с овладением этим регионом в условиях превосходства датского флота, поэтому попытались компенсировать слабость закупкой в сочувствующей им Голландии сразу 30 кораблей и наймом на них голландских экипажей. Поспособствовать этому должен был голландский купец и по совместительству полковник ФСБ шпион - Луи де Гир (Louis de Geer). Он имел в Швеции свои личные интересы, и договорился со шведами о том, что те в случае победы отменят Зундскую пошлину для голландских торговых кораблей.
Де Гиру удалось договориться с голландским правительством, Генеральные Штаты вспомнили о договоре 1640 года, согласно которому Швеции позволялось закупать на территории Голландии корабли (или арендовать их), нанимать войска, моряков, получать в кредит боеприпасы и провиант.
16 февраля 1644 года де Гир прибыл в Амстердам, и в конце апреля смог нанять и подготовить к походу целый флот из 32 кораблей, из которых 22 были вооруженными торговцами, а 10 - использовались в качестве транспортов. На корабли также наняли и голландских отпускников моряков, командовал эскадрой Мартин Тийссен, коммодор адмиралтейства Зеландии и по совместительству - один из капитанов голландской Вест-Индской компании.
Датчане понимали, что если этот флот подойдет к шведским берегам - корабли вольются в шведский флот. И таким образом соотношение 64 к 42 сразу изменится на полное равенство = 64 к 64. Плюс 10 войсковых транспортов, которые были предназначены для перевозки шведских войск под командованием Торстеннсона из Мекленбурга в островную Данию.
Датчане смогли выделить против этой голландской эскадры всего 9 кораблей:
Trefoldighed 44 флагман
Lindormen 38
Tre Løver 36
Norske Løve 46
Phonix 32
Sorte Rytter 26
Neptunus 22
Postillionen 12
Hollandske Fregat 12
Командовал отрядом лично датский король - Кристиан IV.
26 мая 1644 года датский дивизион заметил 24 голландских корабля, идущих в двух кучках (13 и 11 кораблей соответственно) у острова Зилт (Sylt) расположенного у Датского перешейка с западной стороны.

Король приказал атаковать сначала кучку из 13 кораблей, датчане не маневрируя устремились в разрывы между голландскими кораблями и открывали огонь с убойной дистанции в 30-20 метров. Голландцы в панике повернули и бежали, причем второй голландский отряд под командованием Мартенса почему-то на помощь первому не пришел.
25 июля голландцы обратно вернулись во Вли, потери их составили 111 человек убитыми и раненными, потери датчан - 9 человек убитыми - 11 раненными. Но это был далеко не конец истории. На голландских кораблях вспыхнул мятеж, моряки отказывались выходить в море - по условиям контракта им просто ставилась задача перегнать голландские корабли в Швецию, никто о том, что возможны боестолкновения с датчанами - не говорил. Де Гир выплатил отступные суммы, мятежи утихли, и голландцы решили сделать еще одну попытку пробиться в Швецию.
14 июля с рейда Вли вышел Тийссен с 8 кораблями и 6 брандерами, 20 июля стартовал вице-адмирал Херретсен с 8 кораблями и 2 яхтами. оба отряда объединились у Вильгельмсгаффена 2 августа и медленно пошли к Зундам. 19 августа миновали Скаггерак и обстреляли два датских торговых корабля, а далее взяли путь на Бронхольм, где обнаружили 9 датских кораблей, пытающихся заградить им дорогу. Их специально выделили от главных сил, чтобы заградить пролив в районе Копенгагена. Они не успели туда дойти. Голландцы имели численное превосходство, но Тийссен не стал завязывать боя, опасаясь, что поблизости находятся главные силы Дании. Его главным заданием было прибыть на Балтику и соединиться с шведским флотом. В связи с этим он просто отогнал пушечным огнем пытавшиеся помешать ему датские корабли и, умело маневрируя, вошел на Балтику. Вскоре он появился в гавани Стокгольма. Этот прорыв был смелым решением. Тийссен правильно выбрал для него время, пока основные силы противника были заняты погоней и блокированием шведского флота. Датчане допустили серьезную ошибку, оставив Зунд без прикрытия. Голландские корабли уравняли теперь воюющие стороны в силах.
После осмотра кораблей шведы приняли на свою службу 18 кораблей - Vergulde Swaen, Swarte Аrend, Groot Dolfijn, Grot Vlissingen, Gecroonde Liefde, Swarte Rave, Koninck van Sweden, Witte Engel, Vlissingen, Sint Matteus, Drij Croonen, Nortcoping, Wapen van Medenblik, Sint Marten, Brauer, Prince, Lange Cora, Leifde, плюс 7 транспортов. Аренда этого мини-флота на 4 месяца стоила шведской казне 110 тысяч крон, плюс транспорта - еще 70 тысяч крон.
Что касается датчан - они в битве при Фермарне поймали и потопили 4 из 18 голландских кораблей, плюс перехватили у Бронхольма несколько шведских единиц, поэтому в генеральном сражении в проливе Фермарн шведы могли выставить всего 42 корабля (вместо 60), но Дании это не помогло - из-за ошибки Кристиана IV датчане смогли принять бой всего 17-ю кораблями. Бой закончился полным разгромом датского флота, из 17 кораблей уцелело лишь 3, голландский "северный ветер" оказался очень своевременным и отработал свои деньги.

george_rooke: (Default)
Я не люблю сухопутные сражения, чуть более, чем вообще. Но поскольку Петром интересовался давно - мне конечно же был интересен сам ход событий, приведших к Нарвской конфузии, и вообще - как и почему Карл XII оказался под Нарвой.
Про то, как английский и голландский флоты датчан просто вывели из игры - я уже писал.
Итак, 11 октября 1700 года из Карлсконы в Пярну вышли корабли с 8000 каролинеров:

Название/пушки

Westmanland 62
Wachtmeister 48
Gottland 50
Osel 50
Norrkoping 50
Wrede 50
Calmar 46
Wismar 46
Stenbock 36
Fama 16
Neptunus 16.


Вышли 11 октября 1700 года из Карлсконы, высадили войска 16-го в Пярну.
Корабли были разоружены "эн флюйт", чтобы поместить такое количество войск.
Теперь смотрим карту (здесь даю уменьшенный размер, чуть ниже - ссылку на очень большой размер)

http://mir-map.ru/map437988_0_0.htm
Итак, Карл высаживается в Пярну (Пернове).
Смотрим на шахматную доску Прибалтики, и что мы видим?
Русские войска находятся на востоке-северо-востоке, осаждают Нарву. Один их фланг прикрыт Финским заливом, второй - рекой Наровой и Чудским и Псковским озерами.
Польские войска, получив бакшиш в 100 тысяч таллеров, медленно отходили от Риги, расположенной на юге от Пярну.
А теперь давайте встанем на место Петра и подумаем, что же будет делать шведский король? На языке шахматистов - "попробуем предугадать ходы".
Итак, мы знаем, что какое-то количество войск шведов высадилось в Пярну. Соотвественно, Карл обладает таким плюсом,как флот, а следовательно - мобильность по побережью. Куда он двинется?
В район Нарвы? Маловероятно, ибо тут ему придется наносить фронтальный удар.
В район Риги, скажем - к Юрмале, используя свой козырь мобильности? Хм... Вполне возможно.
Давайте прикинем по силам сторон. У нас, русских, до 60 тысяч солдат. Да,5000 из них - это поместная кавалерия, 10 тысяч - иррегулярные казаки, но 45 тысяч пехоты - это весьма серьезно, даже для каролинеров.
С другой стороны - у поляков под Ригой всего 18000 солдат,и то, что они отходят, позволяет вообще бить их по частям!
Какой бы вы вывод сделали на месте Петра?
Но давайте смотрим дальше.
Тем не менее,чтобы предупредить фланговый маневр Петр отряжает казаков к Псковскому озеру. Отряд Репнина еще в Новгороде и не успевает к началу осады. Тем не менее - у Петра есть 40 тысяч человек под рукой, сколько у Карла - русским неизвестно, но вряд ли больше 20 тысяч.
Таким образом, рассчитывая, что Карл все-таки пойдет в погоню за поляками, есть смысл взять Нарву побыстрее и капитально укрепить свою позицию рассчитывая на генеральную встречу с Карлом. 31 октября начинается осада Нарвы. Ее гарнизон - всего-то 2000 человек, но быстрого штурма не получается сначала из-за саксонского "спеца по осадам крепостей Алларта", а потом и просто из-за того, что артиллерия не может проделать пролом в стене, мелкокалиберная.
А что Карл (ходят черные)?
Карл дает отдых своим войскам (правильно, на кораблях 5дней на головах друг у друга сидели), а сам выдвигается в Ревель на кораблях. 23 октября (русские еще не начали осаждать Нарву)Карл в Ревеле, где формирует ополчение в 5000 человек. 1 ноября армия шведов выдвигается к Везенбергскому замку (Раквере), расположенному на полпути между Ревелем и Нарвой.
А что Петр (ходят белые)?
Еще до осады Нарвы и высадки Карла он 14 октября высылает 5000 сабель под командованием Шереметева к Раквере в качестве разведки боем. 5 ноября к Раквере подходит авангард шведской армии под командованием Веллинга. Шереметев, которому разъезды заранее докладывают о противнике, решает отойти к Пурцу, в 36 верстах восточнее.

Логично, ибо во-первых - поближе к своим силам, если вдруг силы противника будут большие, во-вторых, шведам там перед атакой придется форсировать речку Кохтель.
Далее Вики: Вечером 6 ноября передовые отряды шведов атаковали русских солдат, стоящих в деревне Вариель. Русские солдаты расположились по деревенским домам, не выставив часовых, и оказались лёгкой добычей малочисленного шведского отряда. Шведы внезапно зашли в деревню, подожгли её и получили возможность перебить застигнутых врасплох русских поодиночке. Несколько русских кавалеристов сумело убежать в Пованду и сообщить Шереметеву о произошедшем. Шереметев в свою очередь немедленно выслал на помощь крупный отряд, состоящий из 21 кавалерийского эскадрона, которому удалось окружить шведов у Вариеле. Шведы с боем и потерями вышли из окружения, однако два шведских офицера попали в русский плен. Эти два офицера, выполняя инструкцию Карла XII, дали ложные сведения о численности шведской армии, наступающей на Нарву, называя многократно завышенные цифры в 30 000 и 50 000 шведских солдат.
И далее ошибка Шереметева - фатальная ошибка. Он принимает решение отодвинуть войска еще восточнее - на 33 версты. Таким образом, если мы из Раквере могли контролировать движение в районах Ревеля и Тамсалу, то отойдя к Пюхайоги, мы теперь могли контролировать движение примерно от Прца до Нарвы и Чудского озера. И этим самым мы проморгали сосредотачивание шведских войск у Раквере, где Карл с ополчением объединился со своими войсками.
Но и у Карла позиция была не ахти - идти к Нарве - можно получить удар на Ригу или отрезающий Тарту-Пярну от Репнина и казаков Обидовского. Кроме того - не стоит забывать и про Поляков, которые могут ударить на Дрепт. Вобщем тришкин кафтан, сил не хватает от слова вообще.
Несмотря на это Карл все-таки выделяет отряд Шлиппенбаха (600 драгун), который делает дальний рейд к Ильменю, где у деревни Раппаль громит отряд в 500-800 псковских стрельцов.
Ну а сам Карл двумя колоннами бьет по Пюхайоги, где Шереметев совершенно не ожидает удара (и правильно, ведь он после отступления лишен возможности контролировать дозорами Раквере). Шах королю!
17 ноября весть о разгроме Шереметева доходит до Петра. И тут он понимает, что все его расчеты, вся его предосторожность - это все прахом. Что делать?
Давайте представим себя на месте царя.
Нарва не взята. Отряд, который должен был вести бои на подходах - разгромлен и его части отрезаны, фактически стали небоеспособными. Карл вот-вот ударит по войскам, осаждающим Нарву,и Петр на эту ситуацию повлиять уже не может. Он администратор, он - политик, но он не полководец. Он не умеет (и не научится никогда) ставить все на военную фортуну. И точно так же, как Ришелье в 1637 году, Петр просто уезжает от Нарвы. Уезжает к Новгороду. Мысленно он уже похоронил армию у Нарвы, но все же решает отдать командование тому, для кого война - это ремесло. В почти призрачной надежде, что он сможет изменить ситуацию. Речь, конечно же о герцоге де Кроа.
Итак, белый король спасается рокировкой, но черная королева уже готова сделать шах, и в перспективе мат.
Что было дальше - вы знаете.

Резюмируя,давайте посмотрим на ошибки и варианты действий русских.
Во-первых, они дали Карлу свободу действий. У русских войск был шанс оставить Нарву в тылу, и выдвинуться основными силами к Раквере. Этим самым они разделяли войска Карла в Пярну и ополчение в Ревеле. Но такой вариант мог быть принят только в том случае, если решили все же выиграть битву за Эстляндию в полевом сражении.
Можно было снять осаду с Нарвы и отойти. Вопрос куда? К Новгороду и Пскову? Этот вариант повисает в воздухе.
Усилить Шереметева регулярными войсками, когда он отошел к Пюхайоги, и приказать отбить Пурц или Раквере? Вариант, но понимая скорость Карла, мы рискуем тем, что этот отряд просто отрежут.
Все-таки на мой взгляд - надо было пытать счастья в бою, выдвигаясь к Раквере сразу же, как пришли вести о высадке Карла в Пярну. Здесь надо было точно понимать, что 10-11 кораблей "эн флюйт" много войск привезти не смогут. Что какое-то время они будут небоеспособны. Что Карл однозначно будет усиливать войска местным ополчением.
Либо - как флотофил не могу не отметить - надо было создавать флотилию на Чудском озере и Нарове. В этом случае Петр становился свободен в маневре.Опыт Азова у Нарвы был почему-то забыт и не осмыслен.
В результате получили шах и мат. Уроки Нарвы нам пришлось исправлять и учитывать уже позже.
george_rooke: (Default)
Началось все в 1621 году, когда Виллем Усселинкс предложил создать Голландии знаменитую "лавочку" - Вест-Индскую компанию. В результате ВИК в Голландии создали, но Усселинкса отшили. Разочарованный в чувствах фламандский еврей, которого обхитрил еврей генуэзский (Барталотти), обратился к Дании и Швеции, с предложением создать собственную Вест-Индскую компанию. Густав-Адольф заинтересовался этой идеей, и в 1624 году была создана Söderkompaniet (Южная Компания), устав которой одобрил король в 1626-м.
В 1629 году (до "Мэйфлауэра" оставалось еще 5 лет), когда в Швеции организовали Skeppskompaniet (Корабельную компанию), и буквально было все готово для запуска проекта, но Швеция вмешалась в Тридцатилетнюю войну. В конце концов Корабельная и Южная компании были объединены в одну, и канцлер Аксель Океншерна провозгласил создание Nya Sverigekompaniet (Компании Новой Швеции). Но скупой канцлер выговорил, что половину оборотных средств компании дают шведские совладельцы (Аксель и Габриель Густавсон Оксеншерна, их двоюродный брат Габриел Бенгтссон Оксеншерна, а так же Клаас Ларссон Флемминг и Питер Спринг), а вторую половину - Усселинкс и его пять голландских компаньонов.
В 1637 году два шведских пинаса Kalmare Nyckel и Fagel вышли из Гетеборга, миновали Ла-Манш, Канарские острова и взяли курс на Северную Америку. Целью было устье реки Делавэр, где шведы планировали организовать колонию. Главой экспедиции был немец на голландской службе - Питер Минуит. Вообще все морские офицеры и половина экипажа были голландцами - капитан Kalmare Nyckel Ян Хендриксзоон ван дер Ватер,и капитан Fagel.
Полностью шведским был только отряд солдат-колонистов - 20 человек под командованием лейтенанта Монса Нильсона Клинга.
Путешествие во берегов Америки заняло 4 месяца, и 16 марта 1638 года первая партия поселенцев высадилась в устье реки Делавэр, которое назвали Райское Местечко (Paradise Point). 23-го столкнулись с первыми индейцами, которое не долго думая убили одного поселенца недалеко у скал (местечко так и назвали - "The Rocks").
Через несколько дней с местными заключили подобие договора, что выкупают 10 квадратных акров от Синего ручья до речки Шайлкил (современный район на западе города Филадельфия). 8 апреля был подписан договор купли-продажи, которая обошлась в кучку товаров и стекляшек, стоимостью в 18 крон. На выкупленном месте был основан форт Кристина, который окружили частоколом и поставили по периметру 4 мелкокалиберных пушки.
Новая экспедиция в сентябре 1639 года везла уже более 100 колонистов. Поскольку добровольцев на переселение не нашлось, поступили просто - сплавили в колонию преступников, поставив им выбор - либо смертная казнь в Швеции, либо эмиграция в Новую Швецию сроком не менее, чем на 5 лет. Kalmare Nyckel прибыл к устью Делавэра в апреле 1640-го, привез 100 рецидивистов, нового губернатора - голландца Питера Риддера, а так же протестатского священника Торкеля Реовиуса.
В 1641-м компания стала полностью шведской - в Нидерландах голландских соучредителей обвинили в государственной измене, а шведы просто пацанов кинули, заставив их продать свои акции по бросовой цене, ибо лузеров не любят нигде.
7 сентября 1641 года в форт Кристина прибыли Kalmare Nyckel и Charitas, они привезли в колонию 30 семей с домашним имуществом, скотом, лошадями, а так же семенами для посева и товарами. Среди этих семей преобладающее большинство были финны, которым жилось в тогдашней Финляндии очень не сладко. Они рассудили так - похрен где плохо жить - у себя в Финляндии, или на краю земли в Америке. Собственно они и были первыми настоящими сеттлерами из Швеции.
Чуть позже была создана деревня Финланд (Финляндия) в 20 км от форта, ибо финны не особо хотели жить вместе со шведами. Губернатором колонии в 1643-м назначили Йохана Бьернсона, который получил кличку Принц. Позже шутили, что это был самый большой губернатор в Америке всех времен и народов, ибо парень был явно объемен - 375 фунтов (170 кг) веса при 2 метрах роста. Он прибыл в феврале с 30 солдатами и 40 колонистами.
С индейцами дела у колонистов продвигались сносно - торговля росла, особенно меховая, некоторые из краснокожих даже нанимались на сезон на работу к шведам. Но проблемы возникли с англичанами и голландцами. Угрожая собственно Швеции торговым эмбарго голландцы вынудили правительство королевства отменить исключительное право на поставку в Швецию табака шведской ВИК. Соответственно бизнес, и до этого балансировавший на грани прибыльности, сейчас уже балансировал на границе рентабельности. Ну а далее вступил в игру голландский губернатор Нью-Амстердама Питер Стюйвесант. Несколько голландских отрядов попытались проникнуть в шведские колонии, но были отбиты. Чтобы оградить себя от нападений нидерландцев,были организованы несколько фортов (Казимир, Нью-Гетеборг, Нью-Эльфсборг). Поселенцев привлекли к воинской повинности, что им сильно не понравилось - и в Швецию полетела малява, что, мол, Принц тут совсем рамсы попутал, сатрап и деспот, издевается над нами, бедными. Но, как известно, все письма от жильцов всегда приходят к начальнику ЖЭКа, и Принц, прочитав маляву, был сильно разъярен и пообещал всем показать кузькину мать. Начал он вышеозначенный показ, с того, что повесил перед своей резиденцией отправленного в Швецию ходока, а поселенцы, не долго думая, пустились в бега и перешли на сторону голландцев. Это вызвало в метрополии бурление говн, и в результате Принц решил отказаться от власти (Я устал, я ухожу), поставив губернатором своего сына - Юхана Папенгоэ.

Переломный момент случился в 1654-м году. Kommerskollegium (Совет по торговле) решил отправить в Новую Швецию карательную экспедицию и сильно расширить колонию. Слухи о ней распространились с быстротой молнии и в Гетеборг набежала толпа финнов, желающих свалить подальше из снежной Суоми. По разным оценкам их было от 3 до 5 тысяч, ибо в "стране тысячи озер" жить, как ни странно, никто не хотел. Однако шведское правительство смогло выделить всего 2 корабля - Örnen и Gyllene Hajen, которые помимо войска смогли взять на борт всего 250 переселенцев, хотя, перевези шведы всех желающих финнов - они получили бы неоспоримое численное преимущество над голландцами (шведская колония тогда насчитывала около 700-1000 человек, голландская - около 3000 тысяч).
До Делавэра смог дойти только один корабль, Gyllene Hajen был перехвачен голландцами в районе Гудзонова залива. Прибывшие попытались захватить форт Казимира, который шведы сдали во время проблем в Принцем. Это сильно напрягло Стюйвесанта, и шведов из Америки решили выпилить. 31 августа 1655 года к форту Тринити подошли 6 военных кораблей с 1500 солдат (в форте было всего 300 человек, включая женщин и детей), и предложил сдаться. После двух дней раздумий Тринити капитулировал. Далее голландцы проследовали к форту Кристина, который 14 сентября 1655 года также сдался. Таким образом в результате спецоперации по захвату Крыма Новая Швеция перешла в руки голландцев. Некоторые жены офицеров, вернувшихся потом в Швецию, утверждали, "что не все так однозначно, мы сражались как львы", говорили, даже кто-то ходил со шведским прапором, крича песню "Гудвай, Америка!"
Когда слухи о падении колонии дошли до королевства - ее решили не отбивать. Дело в том, что в данный момент Карл X Густав вполне успешно выпиливал Польшу и Данию, и дела за океаном его интересовали мало.
Голландцы же дали шведам в Америке местное самоуправление, возможность создавать свои собственные отряды милиции, оставил им свой собственный суд.
Но самое смешное в другом - даже когда колония перешла к Голландии, из Швеции в нее продолжали бежать финны. Бежали долго, до 1664 года, и когда посмотрели, что за 10 лет корпорацию "пора валить" пополнили порядка 2000 финнов, шведы всполошились и эту лавочку прикрыли. Ибо финны эти становились добропорядочными голландцами, усиливая противника, и ослабляя метрополию.
Всего с 1636 по 1654 шведская ОИК владела семью кораблями (и никогда одновременно более 4-х не было). Вот они:
Kalmare Nyckel (самый большой корабль - целых 12 пушек и 115 тонн водоизмещения)
Fågel Grip
Svanen
Kattan
Gyllene Hajen
Örnen
Mercurius

Ну и напоследок красивый картинко
george_rooke: (Default)
Сейчас выходит новая книга по этому сражению Подробность здесь
Хотел бы вставить свои пять копеек. Сразу оговорюсь, Я НЕ ЧИТАЛ новую книгу, ранние статьи Кротова - читал. Поэтому, если то, что я скажу ниже, будет отражено в книге - она от этого только выиграет.
Ведь что случилось у Гангута?
Шведы отослали на Балтику львиную часть своего флота - 16 линейных кораблей, 2 фрегата (по Андерсену), по шведским данным - аж 18 кораблей и 1 фрегат и это против совокупного русского флота - в 9 кораблей (468 пушек), 5 фрегатов (176 пушек) и 4 шнявы (не считая мелочи). Для диссонанса - против Дании было послано всего 4 (прописью - ЧЕТЫРЕ!) Линейных корабля, 3 фрегата и до 50 более мелких судов. То есть по сути, шведы создали локальное превосходство на востоке путем рискованного ослабления на западе.
Какие цели преследовали шведы, распределив силы именно таким образом?
1) Уничтожить или заблокировать русский линейный флот.
2) Не дать галерному флоту провести десанты, также его заблокировать в худшем случае, а в лучшем - уничтожить.
В принципе план шведов почти удался - загнав русские галеры к перешейку, они заблокировали их в узости, из которой не было выхода. Когда Петр начал рубить просеку, чтобы перетащить галеры на другой берег, и была допущена главная ошибка - Ватранг и Лиллье имели на тот момент в общей сложности 12 ЛК и 2 ФР, 1 ПРАМ и мелочь, при этом основную массу ЛК они сосредоточили у самого мыса Гангут, расположив их в линию. Но они не стали их подводить к узости, где стояли галеры Петра. Они не выделили в отряд Эреншельду ни одного ЛК или ФР. Тем не менее, шансы уничтожить галерный флот Петра при возможном прорыве либо туда, либо сюда у шведов были очень большие. Но вмешался еще один фактор - природа.
Дело в том, что в это время года у Ханко (Гангута) постоянные ветра. Они часто меняется, имеют разное направление, но ветра там фактически всегда.
Но вот Петру и Апраксину повезло - именно в момент прорыва установился штиль! Как вам сказать - это совпадение из тех случайностей, как Магеллан пересек океан, который назвал Тихим, поскольку до Филлипин не застал ни одной бури. Те, кто ходили по Тихому океану - знают, что Атлантика по сравнению с ним - это тишь и благодать.
В результате причуда природы и забила гвоздь в крышку шведского гроба. У Петра получилось разделить силы противника на части и захватить на абордаж отряд Эреншельда.
Могло ли развитие событий быть другим? Конечно могло! Другой вопрос, что и Ватранг и Лиллье были ОБЯЗАНЫ дать с Эреншельдом усиление в виде фрегатов (речь не о бедном праме "Элефант", который в русских источниках горделиво величают фрегатом), и тогда Петру, даже прорвись он к Эреншельду, грозил Рончесальм-2.
Но тут возникает другой вопрос - а позволили ли бы глубины Эреншельду использовать ФР и ЛК? Карта показывает, что вполне. Их могли провести проливом Глоппет мимо острова Лаккисер. Лучше даже - именно отбукисровать галерами. При этом отряд Эреншельда получал бы качественное усиление, если бы Петр воспользовался просекой, и шведы просто били бы русские силы по частям, а при том варианте событий, который произошел в реале, дальнобойные и крупнокалиберные пушки шведских фрегатов кардинально решили бы как проблему русских галер, так и проблему русской морской пехоты, ибо еще в XVI веке стало понятно, что картечь против галер действует безотказно.

Так что Петр, выпустивший ИЗДЕВАТЕЛЬСКУЮ медаль с надписью "Орел - он мух не ловит" (на божественной латыни - Aquila non captat muscas, при этом на медали изображена муха, которая уносит в лапках слона) устроил классный баттхерт и троллинг своему противнику. То есть шведские орлы посчитали зазорным гоняться за русскими мухами, причем ПОЛНОСТЬЮ забили на свою основную задачу, и эти мухи у них даже "слона" (прам "Элефант") украли. Все логично.
"Нас осталось только два - нас обоих на...ли"
george_rooke: (Default)
В Гогландском сражении в 1788 году шведам удалось захватить 74-пушечный русский корабль "Владислав". Дрался он неплохо, потеряв убитыми и раненными 260 человек. 470 человек попали в шведский плен.
Но "Владислав" оказался сродни Троянскому коню - дело в том, что на Балтийской эскадре, спешно укомплектованной в том числе даже заключенными, распространилась эпидемия брюшного тифа, которая перед выходом Грейга в море чуть было не приняла катастрофические формы.
Придворный врач М.А.Вейкард в письме на имя доктора Циммермана писал : "... в Кронштадтской госпитали умирает регулярно пятая часть всех больных. Так, за одну зиму умерло не менее 900 больных".
Обстановка была так серьезна, что Екатерина II была вынуждена командировать своего лейб-медика Рожерсона для выяснения причин столь большой смертности. Летом 1788 г. по приказанию Екатерины II осматривал морские госпитали и лейб-хирург Кельхен. После осмотра он донес императрице: "...Кронштадтская госпиталь выстроена деревянная, в один этаж и имеет ту невыгоду, что она четырехугольная и низка, с малыми окнами и малыми отдельными комнатами, между которыми находятся смрадные сени. Сии сени портят воздух близ лежащих комнат больных, окон не можно открывать потому, что больные почти на них лежат; отчего гнилые горячки, цынготная болезнь и кровавые поносы делаются опасными; больные, которые от них избавляются, впадают опять в оные, и наконец сами врачи и надзиратели получают сии же болезни". В тоже время Ораниенбаумский госпиталь "застал я в весьма хорошем порядке и я осмелюсь штаб-лекаря оного в пример другим за неутомимые труды его рекомендовать Высочайшей Вашей Императорского Величества милости".
Кельхеном были сделаны конкретные предложения по улучшению состояния дел в Кронштадтском госпитале: изменение системы вентиляции, устранении некомплекта медицинского персонала, увеличение срока лечении и создание команд выздоравливающих. Екатерина II предложения Кельхена утвердила в указе Чернышеву от 13 июля 1788 г.
Вобщем русское правительство приняло сверхординарные меры, которые в последующем сохранили им экипажи кораблей. Чего только стоит тот факт, что согласно указом Императрицы адмиралу Чичагову от 31 марта 1789 марта предписывалось: "Госпиталь для пользования больных от флота нашего позволяем поместить в Екатериндальском нашем дворце при Ревеле состоящем, который и для других надобностей, по обращению флота, служить может ". Съестных припасов в порту было заготовлено на 5 месяцев.
В швеции ничего подобного не было сделано, и результаты были неутешительны - эпидемия на "Владиславе" вызвала эпидемию тифа на всем шведском флоте, запертом в Карлкроне. Сначала умирало 7-9 человек в день, потом количество возросло до 20-ти, и даже до 40-ка. В результате к весне 1789 года шведский флот потерял до трети личного состава и потери составили по разным оценкам от 5 до 8 тысяч человек. Вообще с позиции послезнания шведам лучше было не захватывать "Владислав", это обошлось бы дешевле, да и возможно Эландское или Красногорское сражение прошли бы уже по другому. Но шведы, в отличие от русских, дорого заплатили за небрежение к медицине.
george_rooke: (Default)
Меня часто спрашивали – а зачем вообще Россия в Северную войну начала строительство Балтийского флота? Ведь без своей морской торговли флот по сути не нужен, защищать ему, мол, некого, да и средств стоит бешенных. С легкой руки даже каста такая появилась –  «флотофобы Мезозойского петровского периода». Краткий лозунг этих людей – флот есть зло, бессмысленный попил бабла, а Петр – главный попильщик России, бессмысленный в своем самодурстве и беспощадный.
Я уже довольно много писал о появлении флотов Англии, Голландии, Франции, а теперь хотел бы предложить… Швецию. Да-да, вы не ослышались, именно ту самую Швецию. Ведь если шведские короли строили флот, не имея своей значимой морской торговли – значит наверное они тоже попильшики, бессмысленные и беспощадные?
Read more... )
И вот теперь сижу я и думаю – а может все-таки если начинать судить Петра – то без двойных стандартов?
george_rooke: (Default)

Нападение шведов на Новодвинскую крепость 1701 года

С. Огородников

"Зело чудесно, что отразили злобнейших шведов".
Из письма Петра Великого к Апраксину.

Война России со Швециею и намерение последней придти в Белое море, чтобы разорить Архангельск, бывший в то время единственным морским портом в России, указали Государю Петру Великому на необходимость защитить торговый город построением крепости, о чем весною, 1701 г., Государь послал указ Двинскому воеводе Князю Прозоровскому и архиепископу Афанасию, повелевая немедленно в 15-ти верстах ниже Соломбалы на острове Линском, при узком проходе Двины, строить каменную крепость, «чтоб тех неприятельских людей в двинския устья не пропускать, и города Архангельскаго и уезду ни до какого разорения не допускать».1 Для правильного надзора за крепостною работою, указом от 1701 г. 3 апреля, учреждена была в Архангельске Ратуша, называвшаяся Семиградскою, которою заведовать назначен был Дьяк Федор Гусев. Он распоряжался ломкою камня, наймом рабочих людей, раздачею денег и ведением книг. Воевода Прозоровский, при содействии в сем деле архиепископа Афанасия, деятельно приступил к принятию всех мер, чтобы помешать шведам в их злом умысле. Одновременно, но указу Государя, Прозоровский приказал в поморье укрепить остроги: сумский, кольский и город Кемь, послав для сего 300 человек солдат. Работа по постройке новой крепости закипала. Начали немедля копать рвы и вбивать сваи. Архиепископ усердно помог началу дела. Он пожертвовал для сего кирпич, камень, известь, щебень и лес для вбивания свай. В работе участвовали вообще все крестьяне соседних деревень, а на необходимые расходы собрано было по одному рублю с каждого двора Двинской области. Указом Петра повелено было жителям поморья на морские промыслы но ходить «ради опасения воровских кораблей».2 Из Москвы прислан был план крепости и мастеровые каменного дела. Того же года 12 июня, архиепископ Афанасий, в присутствии воеводы и в служении соловецкого архимандрита Фирса, совершил торжественно закладку крепости, названной «Новодвинской цитаделью»,3 а также в оной и храма во имя апостолов «Петра и Павла». По окончании обряда освещения, архиепископ назначил устроить на месте храма пока часовню и определил к ней священника для исполнения треб. В разбитом шатре, на лугу, воевода Прозоровский угощал обедом всех, кто был при освящении храма и цитадели. И когда, при пушечной пальбе, пили за Государево здоровье, в это самое время, по словам архиепископа, поднялись над городом две тучи, с севера и с юга, при сильном ветре с градом, громом и молниею, и северная туча рассеяла южную. Это явление было принято видевшими за доброе предсказание будущей победы над шведами. Для охранения крепости поставлено было 400 солдат, снабженных военными снарядами. Стрелецкие полки, стоявшие в Холмогорах, Русский и Гайдуцкий переведены в Архангельск. Пока строилась крепость, для охранения корабельного хода, близ неё в недалеком друг от друга расстоянии, сделаны были небольшие земляные насыпи, а равно и на островах, лежащих у входа в Двину и выше. На каждом таком укреплении поставлено было по 5-ти пушек, а солдат по 100 человек. Им строго было приказано караулить прихода шведов. Двинским крестьянам розданы были ружья и копья, чтобы и денно и нощно ходили они по берегам, высматривая врага. В городе укреплены были пушками русский и немецкий каменные гостиные дворы; устья – Мурманское и Пудожемское засыпаны были землею в погруженных на дно старых барках, а самые входы укрепили батареями о 20-ти пушках. Все предостерегательные знаки, стоявшие на островах у корабельного хода, были сняты. Лица, знавшие корабельный ход, поселены были в строящуюся крепость, а на укрепления посланы такие, которые сего хода не знали. Приходящих с моря судов, пропускать без осмотра не велено, а для сего осмотру поставлен был на Мудьюжском острове отряд солдат при офицере. На вызов желающих из иностранных матросов поступить на службу Его Царского Величества ни один не пожелал, а особливо голландцы. Только 7 человек англичан согласились быть полезными Государю в защите города от шведов. Воевода Прозоровский построил в Архангельске шесть судов зажигательных (брандеров), чтобы вредить ими неприятелю. Стоявшие у Архангельска иностранные корабли велено было задерживать и не пропускать к выходу в море.4


Read more... )


Взято здесь:
http://www.novodvinka.ru/page.php?id=6

george_rooke: (Default)


На картине изображен следующий момент (цитата из Головачева):

Ближайшим свидетелем всего шествия нашего и неприятельского флотов был Кроун со своим отрядом. У него было теперь 3 ФР и 2 коттера. С утра 22-го он отошел от Питкопаса и несколько подвинулся от него к югу, по меридиану, к стороне Видскара. Здесь он стал на якорь. Часу во 2-м пополудни стала дефилировать мимо него, южнее, вся громадная масса неприятельских шхерных судов и за нею, по ее другую сторону, наш корабельный флот. Во время всего этого шествия от нашего адмирала ему были сделаны один за другим 2 повторные сигналы с пушечными выстрелами: «присоединиться к флоту». Исполняя это приказание и имея на пути неприятельскую флотилию, Кроун со своим фрегатом врезался в самую средину этой флотилии и атаковал суда ее на оба борта. Шведы начали было сражаться. Но к «Венусу» подошли другие суда его отряда, и на флотилии у шведов мгновенно произошло полное смятение: все их суда спускали флаги и сдавались нашему отряду. С «Венуса» посланы были все 3 наличные шлюпки для овладения сдающимися судами и для забрания их в плен. В числе посланных офицеров старшим был лейтенант барон Франц Деливрон, и у него под командою шкипер, комиссар, штурман и подштурман. Деливрон едва успел распределить своих людей, как новый сигнал нашего адмирала, с выговором, о немедленном исполнении его требования заставил Кроуна бросить все и спешить к флоту. Вследствие этого наши собственные люди со шлюпками своими очутились в плену на шведских судах, Деливрон остался один на неприятельской галере, откуда спас его уже впоследствии командир другого нашего фрегата капитан-лейтенант Пеллиссиер

(Андерсон, на основе данных шведских историков, сообщает, что именно в этом эпизоде «сумела удрать от неминуемого плена яхта Colding, на которой находился сам король Густав»).

April 2017

S M T W T F S
       1
2 3 4 5 6 78
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 10:49 am
Powered by Dreamwidth Studios