george_rooke: (Default)
Любителям альтернативной истории от настоящего историка и мастера своего дела.
Филипп II мог легко достичь поставленной цели – но, как отмечает Джеффри Паркер, самой трудной для этого государя проблемой являлся он сам.
Перу Джеффри Паркера , профессора истории университета штата Огайо, принадлежат такие работы, как «Восстание в Нидерландах», «Филипп II», «Военная революция», «Испанская Армада» (в соавторстве с Колином Мартином), а также недавно увидевшая свет книга «Великая стратегия Филиппа II». Кроме того, Паркер является редактором сборника «Спутник любителя военной истории».


Прояви некоторые британские историки больше настойчивости, и 8 августа вполне могло бы стать в Англии национальным праздником – ибо именно в этот день в 1588 году военно морской флот Елизаветы Тюдор сорвал предпринятую Филиппом II попытку завоевания Англии. Поражение Непобедимой Армады открыло для стран северной Европы доступ к Американскому континенту и, таким образом, сделало возможным возникновение в будущем Соединенных Штатов.
В то время Филипп II властвовал над Испанией и Португалией, половиной Италии, над большей частью Нидерландов и бесчисленными колониями, разбросанными по всему земному шару – от Мексики, Манилы, Макао и Малакки до Гоа, Мозамбика и Анголы. Иными словами, Филипп владел империей, в пределах которой, по словам его апологетов, «никогда не заходило солнце». Кроме того, его выросший при испанском дворе кузен, Рудольф Габсбург, управлял Австрией и всей Германской империей , а вождь французских католиков герцог де Гиз оказывал Филиппу безоговорочную поддержку. Однако и этому могущественнейшему в мире монарху пришлось столкнуться с серьезной проблемой.
В 1572 году в северо западных провинциях Нидерландов началось восстание. Несмотря на огромные затраты и посылку отборных войск во главе с племянником короля герцогом Пармским Александром Фарнезе, Испании не удавалось восстановить контроль над мятежными провинциями Голландия и Зеландия. Постепенно король уверовал в то, что восстание не выдохлось лишь благодаря английской поддержке, и в 1585 году пришел к выводу, что предпочтительнее будет направить ресурсы не на приведение к покорности Голландии и Зеландии, а на завоевание самой Англии.
Его план низложения королевы Елизаветы и возведения на английский трон приверженца католицизма встретил поддержку как католических государей, так и Римской церкви. Тоскана, Мантуя и Святой престол приняли участие в финансировании войны, а папа, вдобавок, обещал всем его участникам полное отпущение грехов.
Королевский Совет тщательно рассматривал различные варианты вторжения, выбирая наилучший. Летом 1586 года королю была представлена карта с различными вариантами действий, снабженная примечаниями и сравнительными оценками как достоинств, так и недостатков вынашиваемых замыслов. Автор карты, Бернардино де Эскаланте, отмел как слишком рискованные проекты нападения с моря на северо западную Англию (включавший поход флота на север к Шотландии с последующим переходом в Ирландское море) или на Уэльс. Вместо этого он предложил нанести двойной удар: вышедший из Лиссабона военный флот высаживает десант в южной Ирландии, а герцог Пармский с ветеранами из Испанских Нидерландов в то же самое время совершает внезапное нападение на Кент. Предполагалось, что армия Пармы беспрепятственно переправится в Англию на небольших транспортных судах, ибо военно морской флот Елизаветы отправится защищать Ирландию. Филипп II принял этот план, внеся в него одно единственное (но оказавшееся роковым) изменение: он приказал флоту из Лиссабона плыть не в Ирландию, а в Нидерланды, чтобы ускорить и облегчить переправку в Англию ветеранов Пармы. Считая свою Армаду воистину непобедимой, он не сомневался в том, что при попытке преградить ей путь в проливе Ла Манш или Па де Кале флот Елизаветы будет полностью уничтожен. Таким образом, чтобы считать победу обеспеченной, Парме следовало лишь дождаться подхода испанского флота.
Порядок действия войск после высадки также определялся указом Филиппа. Им надлежало следовать через Кент прямо на Лондон, взять город штурмом и желательно захватить в плен королеву Елизавету вместе с ее министрами. Предполагалось, что католики на окраинах королевства и прежде всего в Ирландии поддержат единоверцев, подняв восстание. Если же надежда на католический мятеж не оправдается, а Лондон будет держаться стойко, Парма, используя преимущество своего положения, должен будет добиться от Елизаветы трех следующих уступок: прекращения преследования английских католиков, запрет на плавание английских судов к берегам Америки и сдача Испании всех городов Голландии, где стояли английские войска.
Первая фаза операции в целом прошла согласно плану. 21 июля 1588 года самый большой из появлявшихся когда либо в водах северной Европы флот из 130 судов под командованием герцога Медина Сидония отплыл на соединение с дожидавшимися его в Дюнкерке тремястами транспортными судами, на которые собирались грузиться двадцать семь тысяч ветеранов Пармы. 29 июля Армада вошла в Ла Манш и, несмотря на неоднократные попытки английского флота остановить ее продвижение, 6 августа бросила якорь в порту Кале, всего в двадцати пяти милях от Дюнкерка. Извещенный об этом в тот же день, Парма 7 августа начал погрузку своих войск на транспортные суда – но, как оказалось, опоздал. В ту самую ночь англичане расстроили боевой порядок Армады с помощью успешной атаки брандеров, а Поутру корабли Елизаветы закрепили успех, отогнав еще не успевших прийти в себя испанцев к северу.
Едва испанцы вышли в Северное море, как среди командиров начались ожесточенные споры и обычные в таких случаях поиски виноватых. Дон Франциско де Бобадилья (старший военный советник герцога Медина Сидония, пишет, что «...на всем флоте не было человека, который не твердил бы "я же предупреждал!" или "а что я говорил!" Сам Бобадилья объяснял неудачу тем, что английские суда превосходили испанские – и по мореходным качествам, и по артиллерийскому вооружению, и по обученности экипажей. Вдобавок на большинстве испанских кораблей ощущалась острая нехватка боеприпасов. Бобадилья указывает также, что «...несмотря на все это, герцог (Медина Сидония) сумел привести флот в Кале и встать на якорь всего в семи лигах от Дюнкерка, и если бы Парма выступил оттуда в день нашего прибытия, мы смогли бы осуществить вторжение».
Первый серьезно занявшийся этой темой английский историк, автор увидевшей свет в 1614 году «Мировой истории» сэр Уолтер Рэйли полностью разделяет эту точку зрения. «Англичане, – пишет он, – не располагали силами, способными противостоять армии принца Пармского, сумей тот высадиться в Англии». И действительно, испанское войско, с 1572 года почти непрерывно сражавшееся с голландцами во Фландрии, за это время приобрело несравненные боевые качества. Некоторые ветераны находились в строю по тридцать лет, все они служили под командованием опытных, заслуживших свои чины под огнем офицеров. В течение предыдущего десятилетия эта армия покорила мятежные провинции Фландрию и Брабант, а совсем недавно, в августе 1587 года, вырвала порт Слейс из зубов отчаянно сопротивлявшихся повстанцев и их английских союзников. Парма разработал подробнейший план вторжения, определил порядок действий каждого подразделения и дважды провел тренировочные учения. Достаточно отметить, что ему удалось погрузить двадцать семь тысяч солдат на корабли всего за тридцать шесть часов – прекрасный результат для любой армии любого времени!


Read more... )
george_rooke: (Default)
Все же, отвлекшись от темы флота, закончим Клуб Дюма как раз флотскими реалиями, ибо события во Франции, Англии, Испании и Голландии были связаны в единый клубок.
Как мы помним, после Варфоломеевской ночи в Бордо остался французский флот под командованием Строцци, который готовился выйти к берегам Фландрии. Екатерина послала Строцци приказ вырезать всех гугенотов, но он его нарушил, и гугеноты ушли в Ла-Рошель.
Ну а полугодом ранее (23 марта 1572 года) из гавани Ла-Рошели при спонсорстве того же Строцци вышел в море 80-тонный 10-пушечный флибот "Гавр", под командованием знаменитейшего гугенотского корсара Гильома Ле Тестю.



Ну а 24 мая 1572 года некто Френсис Дрейк покинул Плимут с кораблями "Пасха" (70 тонн) и "Сван" (25 тонн).
В апреле 1573 года у берегов Панамы оба корсара встретились. Дрейк уже пару месяцев безрезультатно охотился за сокровищами Номбре-де-Диос, и предложил Ле Тестю присоединиться к нему, чтобы уже закончить дело. Далее одни источники говорят, что Ле Тестю рассказал Дрейку о том, что в Париже произошла резня в Варфоломеевскую ночь, другие - наоборот - утверждают, что это Дрейк раскрыл глаза Ле Тестю о событиях во Франции, и даже подарил гугеноту саблю, которую в свое время Дрейку вручил Строцци.
Вобщем, суть да дело, испанский караван с золотом был атакован. Пираты без труда подавили сопротивление охраны. Доля французской и английской команд составила примерно по 20 000 фунтов стерлингов.
Получив ранение в живот во время нападения, Ле Тестю не поспевал за уходящими разбойниками. Он отстал для того, чтобы восстановить силы, и вместе с ним добровольно остались двое пиратов. Вскоре после этого на них наткнулись испанские солдаты. Одному из французов удалось спастись бегством, а сам Ле Тестю и его товарищ были убиты. Капитану корсаров отсекли голову и выставили ее на всеобщее обозрение на рыночной площади в Номбре-де-Диос.
Но интересно и продолжение этой истории - "Гавр" вернулся в Ла-Рошель в мае 1573 года, когда город был осажден королевскими войсками Карла IX, привезенные 10 тысяч фунтов стерлингов были без раздумий пожертвованы на оборону города, что позволило Монтгомери навербовать в Англии четырехтысячный отряд волонтеров и закупить боеприпасы и продовольствие.
В результате город смог продержаться до июля, когда осада была снята. Надо сказать, что деньги погибшего Ле Тестю подоспели в самый критический момент.
Что касается Дрейка - гугеноты по доброй воле передали ему карты Карибского моря и Панамского перешейка, а если вспомнить, что Ле Лестю был признанным картографом Генриха II и опубликовал знаменитый Атлас Мира в 1556 году, да к тому же и предсказал существование материка "Австралия", правда объединив его с Антарктидой (либо сам обнаружил его задолго до Тасмана, неизвестно, поскольку почти все миссии Ле Тестю были сугубо секретными) - надо сказать, что для Дрейка такой подарок оказался золотой жилой, а для испанцев в последствии этот подарок принес много горя.

george_rooke: (Default)
С наступающим, дорогие мои читатели!
Год 2014-й был сложным и близится к концу. Год 2015-й обещает быть еще хуже. Но ожидаемый песец - это не песец, а просто хреновые условия работы.
Спасибо вам всем - и критиковавшим, и поддерживавшим, и дополнявшим, и молчавшим. Я постараюсь вас радовать постами по военно-морской тематике и в новом году, благо - долгов накопилось у меня перед вами довольно много.
С Новым Годом Вас, счастья, здоровья, и удачи! Семь футов под килем!
Напоследок традиционная картинка - корабль в снегу/льду (благо - большая часть года у меня прошла под эгидой US Navy):

5410902420_f2017aaa5d

Ну и тем, кому интересны дела армадные - просьба под кат
Read more... )
george_rooke: (Default)
Вообще Альба для меня - персонаж трагический. Оболганный.Я абсолютно согласен с характеристикой Карла V, что Альба - это прежде всего генерал, а не политик, и большая ошибка Филиппа II, что он Альбу совал на решение политических проблем.
При этом Альба был ПРОТИВ силового решения в Нидерландах. Альба был ПРОТИВ своего назначения наместником в Нидерландах. Альба был ПРОТИВ политики террора. После своей быстрой победы над Вильгельмом Оранским он настойчиво звал Филиппа II в Брюссель, чтобы легитимизировать победу и объявить амнистию.
Альба был ПРОТИВ казни Эгмонта, известны воспоминания находившихся во дворце, что во время казни Эгмонта он плакал горькими слезами, и порывался пойти освободить своего бывшего боевого товарища. И это гордый, непроницаемый на людях Альба!
Альба был против решения мавританского вопроса силовым путем. Этот логик, почти никогда не показывавший эмоций, отлично решавший вопросы на поле боя, всегда осознавал, что мирное решение проблемы - дешевле и долговечнее.
При Лиссабоне глубокий 72-летний старик, разбитый подагрой и страдающий от нестерпимых болей, руководил боем с кресла, установленного на холме, но во время решающей атаки приказал подать лошадь и пошел в атаку как обычный офицер вместе с кавалеристами.
Проблема Альбы была в том, что его, боевого генерала, ставили на несвойственные ему задачи - он не управленец, не реформатор. Он сам это всегда понимал, но очень часто ВЫНУЖДЕНО подчинялся приказам.
Но на поле боя он был гением. Более того - давая инициативу своим офицерам он и из них воспитал гениев!
Чего только стоит маневр д'Авилы у Порто в октябре 1580 года.
Там войска Антониу и испанцев разделяла бурная река Дуэро. Д'Авила послал отряд солдат, которые вплавь перебрались на тот берег, и угнали у противника лодку, на которой ночью испанские войска и были переправлены. Когда на утро приверженцы Антониу увидели испанцев на своем берегу, они просто.... разбежались. Порто пал без боя.
Для меня Альба всегда останется 70-летним стариком, несущимся на лошади в бой при Алькантара, а не чванливым гордецом из рассказов про Тиля Уленшпигеля и советских учебников истории.

george_rooke: (Default)
В контексте разговоров об Армаде.
Собственно, проблемы начались в 1578 году, когда молодой португальский король Себастиан I сложил голову в битве при Эль-Ксар-эль-Кебире (кстати, там же умер и марокканский султан Абд аль-Малик, но он хоть умер от болезни, а так же союзник португальцев – свергнутый султан Марокко Абдалла Мохаммед), и оказалось, что португальский престол некому наследовать.
Нет, короля избрали. Это был 66-летний кардинал Энрике Португальский, но в то время, когда люди старели гораздо быстрее, нежели сейчас, из детородного возраста дедушка уже вышел, да и обет безбрачия мешал завести законную супругу. Конечно, Энрике отправил к папе Римскому просьбу снять с него обет безбрачия, но папа, подумал и… отказал.
Когда падре кардинал умер в 1580-м, в Португалии разразился кризис. На престол страны претендовали:
- Филипп II Испанский, как сын Изабеллы Португальский, то есть прямой внук португальского короля Мануэла I.
- дон Антониу, приор мальтийских рыцарей в Крату (Португалия), как бастард (сын Луиша, сына Глойна Мануэля I от то ли арабки, то ли еврейки). Цимес в том, что если по португальским и испанским законам он считался дворянином голубых кровей, то по законам евреев – стопроценным Юлием Соломоновичем Гусманом , поскольку те определяют национальность по матери. На это, кстати, напирал Филипп Испанский – еврей на троне католической державы - БРРР….
- Катарина Браганса, как дочь Эдуарду, шестого сына Мануэля I, и Изабеллы Браганса. Однако, главной претензией было, что «негоже лилиям прясть», баба, которая неделю в месяц бывает нечистой, на престоле католической державы – БРРР….
- Риануччо Фарнезе, герцог Пармский, 11-летний мальчик, как сын Марии Португальской (дочери Изабеллы Браганса того же самого Эдуарду). Но чем права Риануччо отличались от прав Филиппа II? Да фактически ничем. Такое же происхождение по женской линии, только не от короля, а всего лишь от инфанта.
- Эммануил Филиберт, герцог Савойский, как сын Карла Савойского и Беатрисы Португальской, вторая дочь Мануэля I от его второй жены Марии Арагонской. Здесь у испанского короля было право первородства, все же Изабелла Португальская была ПЕРВОЙ дочерью от Марии Арагонской.
Вобщем в Европе юристы и богословы потирали руки в нетерпении – судилище «а кто достоин-то?» обещало быть долгим, обиды проигравших – вечными. Однако Филипп II решил иначе. Не потому, что хотел завоевать Португалию, хотя такой бонус для Испании давал многое, но прежде всего – по праву «старшей крови».
С Риануччо и Эммануилом Филибертом договорились очень просто – первый был сыном Алессандро Фарнезе, который состоял на службе у Филиппа II, второй сам служил у португальского короля. Обоим объяснили, что объединение Португалии и Испании под одним скипетром – это хорошо, дали целевой кредит МВФ денег, и они особо не настаивали.
Хуже было с Катариной Браганса, которая от претензий на трон не отказалась, хотя ее мужу предлагали пост вице-короля Бразилии и другие ништяки. Но, честно сказать, ее право на трон было явно меньше, чем у Филиппа, прямого внука Мануэля.
Но самым хитрым оказался еврейчик Антониу – пока другие мерились пиписьками родословными, парень превратно объехал знатные семейства, и в результате 24 июня 1580 года в Сантарене был избран королем Португалии, причем Регентский Совет из пяти членов знатных фамилий оказался совершенно не в курсе. Этого уже испанский король стерпеть не мог.
Операцию по приведению дона Антониу и его сторонников в чувство возглавили 72-летний герцог Альба и 65-летний дон Альваро де Базан, маркиз де Санта-Круз. Лучшего тандема не придумали даже Путин и Медведев – план операции прорабатывали совместно, почти по минутам, что для тех времен вообще за пределом фантастики.
А вот что было дальше... )

April 2017

S M T W T F S
       1
2 3 4 5 6 78
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 10:48 am
Powered by Dreamwidth Studios