Jan. 21st, 2017

george_rooke: (Default)
Грейга сняли с должности комфлота по финансовым причинам.
В 1832 г. адмиралтейский совет обнаружил многочисленные финансовые неурядицы в отчетности Черноморского флота за 1830-1831 гг. Выправлять отчет Грейг отказался. Николай I напомнил Грейгу, что по должности тот несет ответственность и за денежную отчетность, но строптивый Грейг ответил царю: «К проверке таковых сведений по обширности и многосложности их главный командир не имел и не имеет никаких средств».
Задумаемся на секундочку. Директор предприятия заявляет налоговой, обнаружившей, что его отчет - туфта, что вообще не имеет к отчету никакого отношения! Как бы поступили вы на месте царя? Я бы точно так же - снял на фиг сразу же.
29 сентября 1833 года в одном из частных писем князю Меншикову Лазарев писал: «Не знаю, богато ли ныне адмиралтейство в Николаеве, но в Севастополе оно доведено до такой крайности, что исправить флот даже и посредственным образом вовсе невозможно: в магазинах ничего нет, мачтовых дерев недавно прислано только десять штук, которые я лично осматривал и нашел, что они ни на что более не годны по тонкомерности своей и дряблости, как на подставку под орудия... Паруса, с коими эскадра находилась в море, хотя и были при начале кампании новые, но теперь все изорваны, и многие из них не стоят починки, ибо были сшиты из парусины, поставленной Рафаловичем, чрез которую многие в Николаеве обогатились...».
То, во что флот превратился во времена маркиза Траверсе и Александра I - это вообще звиздец полный. Из Зайончковского: "Преступное отношение к сохранению казенного интереса было развито в высшей степени. В портах торговля всеми принадлежностями флота велась совершенно открыто, и доставка краденого в лавки большими партиями делалась не только ночью, но и днем. Флигель-адъютант Лазарев, производивший уже в 1826 году расследование по этому поводу, обнаружил в одном Кронштадте в 32 лавках казенных вещей на сумму 85 875 руб." Так что "несуны" имеют традицию очень давнишнюю.
На Балтике в принципе все так и осталось, несмотря на усилия царя, ибо Меншикову, начальнику морского штаба, флот был до лампочки. Это вообще, по ходу, старая русская традиция - ставить управлять тех, кому до лампочки. К сожалению Николай узнал об истинном состоянии дел очень поздно, только в 1853 году, когда после смерти Лазарева Меншиков стал одновременно и командующим ЧФ, и начальником морского штаба, а комфлота на Балтике стал сын царя - Константин Николаевич, который первым делом провел ревизию. Результаты: "Суда Балтийского флота были большей частью сосновые, из сырого леса, слабой постройки и весьма посредственного вооружения, и при каждом учебном плавании по портам Финского залива весьма многие из них подвергались разнообразным повреждениям. Не было возможности составить из них эскадры для продолжительного плавания в дальние моря, и с большим трудом можно было отыскать несколько отдельных судов, которые почитались способными совершить переход из Кронштадта к берегам Восточной Сибири... Из всего числа линейных кораблей Балтийского флота нет ни одного благонадежного для продолжительного плавания в отдаленных морях. Совершить переход из Балтийского моря в Средиземное могут 11 кораблей. Остальные в состоянии плавать не далее Немецкого моря, вблизи своих портов. Собственно боевая сила Балтийского флота состоит из 11 парусных линейных кораблей, которые могут составить эскадру и идти против равного в числе неприятеля за пределы Балтийского моря. 25 кораблей, считая в том числе и упомянутые 11, могут вступить в бой с неприятелем в наших водах, но идти на войну далее не в состоянии. Посему, сравнительно с общим числом вымпелов, собственно боевая сила Балтийского флота и число судов, годных для дальнего плавания, т. е. для настоящей морской службы, весьма незначительны"...

В чем великая заслуга Лазарева?
Он реально не столько составил штаты, но и полностью выполнил их. Штаты в мае 1835 г.: три 120- и двенадцать 84-пушечных линкоров, четыре 60- и три 44-пушечных фрегата, 5 корветов, 7 больших и 3 малых брига, 6 шхун, 4 тендера, 3 бомбардирских судна, 2 яхты, 2 военных парохода, 6 больших, 6 средних и 3 малых транспорта. При этом к 1839-му согласно даже Грейговским раздутым срокам службы (который по просьбе Меншикова их росчерком пера увеличил с 6 лет на корабль до 9) пришлось бы списать 7 ЛК. Но проблема была не только в том, чтобы построить, дело в том, что наши верфи могли строить только 1 ЛК за раз. И Лазарев начинает полную модернизацию кораблестроительной отрасли.
В начале января 1837 года император утвердил лазаревский план модернизации адмиралтейства в Николаеве с одновременным строительством нового адмиралтейства и сухих доков в Севастополе. По данному плану в 1838-1840 гг. для Николаева в Англии купили крупные партии механического оборудования, над адмиралтейскими эллингами возвели крыши. Всего в 1844 году в Николаевском адмиралтействе имелось 2 казенных эллинга для линкоров, мортонов эллинг, 7 малых эллингов и эллинг для транспортов.
Сооружение сухих доков в Севастополе началось осенью 1832 года с пробивания силами матросов водопроводного тоннеля. Затем по предложению инженера И.И. Уптона стали строить акведук. Первый шлюз заложили в июле 1835 года в присутствии Лазарева. К концу 1840 года завершили акведук, продолжали строить три шлюза, главный бассейн, один линкоровский и два фрегатских дока. Работы велись в скалах вручную солдатами, матросами и арестантами.
Вместе с доками строилось новое Севастопольское адмиралтейство. Лазарев выбрал для него новое место — оконечность мыса между Южной и Корабельной бухтами, ближе к новым докам. Документацию по строительству адмиралтейства представили в Главный морской штаб в начале апреля 1835 г. В мае проект одобрил Николай I и выделил 300 000 руб. В конце июля Лазарев заказал Уптону проекты трех эллингов и набережной вокруг мыса, где шло строительство. "1 сентября 1835 г. 1 тыс. матросов начала срывать мыс, а на 1836 г. Лазарев просил выделить еще 5 тыс. солдат. Из турецкой контрибуции за войну 1828-1829 гг. Николай I отпустил Севастополю 1 млн руб. Но дефицит рабочих усилился, т.к. в апреле флот начал подготовку к летней кампании, да еще одновременно с эллингами развернулось создание сухопутных укреплений вокруг Севастополя. И кроме того, на 1840 г. правительство урезало бюджет Черноморского ведомства. Лазарев буквально умолял Главный морской штаб не допустить остановки работ в эллингах и доках, но все равно сооружение мортонова эллинга закончилось только в 1845 г. Его судоподъемный механизм с рельсовой дорожкой 140 м (90 м под водой) был изготовлен в Англии и мог вытаскивать на берег суда до 1000 т. Первое судно — транспорт «Соча“ — было поднято 10 декабря 1845 г. Окончательный прием эллинга состоялся в январе 1849 г. Возведение адмиралтейства и новых батарей потребовало срочной постройки в 1837 г. 30 барж и 3 ботов, 3 транспортов и парохода Успешный».
Вторым крупным делом Лазарева стал перевод в Николаев в Спасское адмиралтейство литейного завода из подлежащего ликвидации Херсонского адмиралтейства. Поддерживать старый завод в рабочем состоянии в Херсоне, при большом удалении от Николаева, было трудно. Впервые вопрос о ликвидации Херсонского адмиралтейства и переводе завода ставился Грейгом еще 7 января 1829 г., но осуществить это удалось Лазареву — приказ он отдал в июне 1834 г., а к осени пароход и 2 плашкоута доставили в Николаев оборудование, материалы и мастеровых завода. Николаевские эллинги отремонтировали и 28 августа 1838 г. на них заложили линкоры «Гавриил», «Уриил» и «Селифаил» (84 пушки), а в начале октября после спуска «Трех святителей» и «Трех Иерархов» — «Двенадцать Апостолов» (120 пушек) и «Варну» (84 пушки), первый железный пароход с двумя пушками «Инкерман», спустили пароход «Силач» и заложили пароход «Метеор», фрегат, корвет, 2 брига, шхуну, транспорт и 10 барж. Впервые в Николаеве сразу строили столько судов, из них 5 линкоров. Причина заключалась в гибели в штормовую ночь на 31 мая 1838 г. у берегов Абхазии фрегата «Варна», корвета «Месемврия», брига «Фемистокл», шхуны «Ласточка», тендеров «Луч» и «Стрела»."

В 1844-м Лазарев говорит о создании пароходного завода, а пока же, в 1845-м, в Англии покупают 5 пароходов для Черноморского флота. Летом 1846-го с подачи Корнилова Лазарев пробивает покупку пароходо-фрегата "Владимир", который, обладая послезнанием, оказался нам очень полезным во время русско-турецкой и Крымской войны.
В августе 1850 года царь разрешил заказать за границей 7 пароходов-фрегатов, 4 из них — для Черного моря, при этом запуск пароходного завода, заложенного-таки в Севастополе в 1850-м, планировался на.... конец 1854 года. Не успели совсем чуть-чуть.
При Лазареве Севастополь стал крепостью, причем проектированием и проверкой подряда занимался лично царь - как артиллерист он имел отличнейшее образование. Кстати, этот факт ставит большой вопрос о прорыве англо-французского флота в гавань Севастополя. Да, я помню этот рассказ про барку-цель, по которой вели огонь все батареи Севастополя, но не попали. Но кто мешал просто подготовить комендоров, и пристрелять заранее гавань? Кроме того - если прорвется какая-то барка к пирсам - да хрен бы с ней. А вот то, что артиллеристы не попадут ПО МНОЖЕСТВУ кораблей - это извините сказки дядюшки Римуса.
То есть проблема не в батареях, а в подготовке, как обычно.
Но вернемся к Лазареву. Головокружения от успехов у него нет свовсем. Вот что они пишет Шестакову в 1838-м: "Ваня твой, описывая Николаевское адмиралтейство и мастерские, хвалит их потому, что он не бывал в Англии и ничего лучшего не видел, но ты можешь себе вообразить, что они далеко от того, как бы еще желалось видеть. Вещи обрабатываются хорошо и так (можно сказать), как лучше сделать нельзя, но недостатки в самих зданиях и устройстве самого адмиралтейства, на что требуется много денег, неоспоримы. Теперь утвержден государем проект улучшениям Николаевского адмиралтейства, следовательно, начнем действовать решительнее, лишь бы давали деньги и деньги. Проект этот составлен был мной давно вчерне, и понемногу дела шли вперед, но все-таки я опять должен сказать тебе, что не так успешно, как хотелось, хотя адмиралтейство здесь совершенно преобразилось. Быть без дела скучно, а потому невольным образом что-нибудь да делается."
Проще говоря, Лазарев строил свой маленький Роял Неви ЛТД., он действительно создал эффективную государственную структуру, причем не только в качестве снабжения, логистики, и т.д., но и в качестве подготовки экипажей, учебных заведений.
Для меня показательна история Морской Библиотеки Севастополя. Многие нечистые на руку исследователи любят приводить приказ Лазарева библиотеке срочно съехать из старого здания. Хотя на самом деле Грейг ведь испохабил идею библиотеки - отдать под нее гребаную мазанку на окраине города.... Нет! А вот представление Лазарева о библиотеке мне ОЧЕНЬ нравится - "оная будет находиться на самом высоком месте в середине города, с которого будет видима вся местность с бухтами и море... для устроения площади нужно будет купить только два партикулярных дома небольшой величины и... площадь перед библиотекой будет ... довольно обширна... Пред фасадом вновь предполагаемой библиотеки имеется хотя и фруктовый, но старый сад, который ныне причислен к дому, занимаемому квартированием командира порта, может быть со временем улучшен по произволу". Ведь красиво же - согласитесь! Морской офицер, приходящий в библиотеку пополнить знания, обязан видеть море. Это и логично и правильно.
Что касается проблем с подрядами - Лазарев не стал никого вешать, хотя на некоторых евреев и греков по его представлению уголовные дела были заведены, и ими впрямую занялось ведомство Александра Христофоровича Бенкендорфа, который умел с ворами работать.
Лазарев:
а) часть подрядов отдал на тендерах на конкурсной основе (к примеру, оказалось, что частные подрядчики шьют паруса гораздо лучше, дешевле и качественнее, нежели казенные заводы, которые по завышенным ценам снабжают флот некондицией)
б) привел на казенных предприятиях производственные дела в соответствие. Причем метод выбрал красивый. На завод прибывала инспекция из его личных выдвиженцев. Все осматривали, описывали недостатки, уезжали. Далее следовало предписание - вот список недостатков, исправить за 3 месяца. Если через 3 месяца не будет исправлено - директор поедет пугать медведей Сибири, и завод будет переведен в военное ведомство, будут на нем за хорошую зарплату выпускать качественные вещи увечные и списанные на берег моряки. Ну либо ее закроют.
Все просто.
Говорят, действовало безотказно. Подрядчики, думавшие было начать интриговать, после закрытия Богоявленской мануфактуры по производству парусов из-за их плохого качества, поняли - с Лазаревым шутки очень плохи. 4 июня 1834 года в письме к Шестакову Лазарев писал: "Парусину начали получать прекраснейшую с Александровской мануфактуры... и надеюсь, что года через два прежней парусины более на флоте не останется — так была редка, что сквозь парус можно было брать высоту солнца, и так слаба, что беспричинно рвалась. Покрой парусов также переменился, и черноморский корабль под парусами от английского не узнаешь". Результат? Результат! А Лазарева только результат и интересовал, на все остальное ему было откровенно наплевать.
Ну и в заключение.
Летом 1838-го у берегов Абхазии был шторм, в результате которого погибло 8 люгеров и крейсеров ЧФ. Казалось бы - что такого? Море собирает жатву всегда. Так вот Лазарев затребовал подробности гибели этих судов. С комиссией. Где коллегиально решалось, "сделано ли все возможное для спасения корабля и экипажа". Да - получишь новое назначение и новый корабль. Нет - вон с флота. Выгнали 3 человек.
Это принцип работы по-лазаревски.

george_rooke: (Default)
На Варспоте выходит двухсерийный боевичок о событиях 1572-1573 годов. Герцог Альба, Жанлисс, Екатерина Медичи и все-се-все.

К 1568 году казалось, что герцог Альба фактически задушил восстание в Нидерландах, попытавшихся добиться независимости от Испании. Войскам Вильгельма Оранского было нанесено серьезное поражение, мятежники оказались частью уничтожены, а частью вытеснены за пределы провинций. Однако введение алькабалы и резкое поднятие налогов, а также решения Трибунала, введенного герцогом Альбой, в 1572 году вывели мятеж на новый уровень.
До того, как оказаться во Фландрии, Альба в течение десяти лет возглавлял армии императора Карла V почти во всех самых выдающихся военных кампаниях. Отношения с новым испанским королем, Филиппом II, у него были довольно натянутыми. Монарх видел в Альбе человека, навязанного ему своим отцом. Кроме того, сам Филипп более склонялся к другой придворной группировке, которую возглавлял Руй Гомеш да Силва, ориентированной на федерализм и компромиссы с землями, входившими в состав Испанской империи.
Однако во Фландрии был выбран сценарий именно силового подавления мятежа, и во главе армий короля стал Альба. 22 августа 1567 года его войска прибыли во Фландрию, где в результате нескольких стычек просто «раскатали» мятежников. 5 сентября 1567 года для привлечения к ответственности лиц, начавших восстание «иконоборцев» в 1566 году, был создан «Трибунал по Мятежу».
Чтобы преподать урок возможным мятежникам, были казнены граф Эгмонт и граф Горн, одни из самых влиятельных фламандских дворян. Всего Трибунал приговорил к смерти от 500 до 800 человек, которые протестантской молвой были превращены в 10, а то и в 50 тысяч. Эти мифические многотысячные казни послужили позже основой для мрачной легенды о герцоге Альбе, чёрном кастильском дворянине, питающемся на завтрак кровью фламандских младенцев.
Тем не менее, Альба осознавал, что он не политик, а военный. Поэтому начиная с 1570 года он просил короля сменить его на кого-то более подходящего для управления Фландрией. Замену ему нашли в 1571 году — ею должен был стать Хуан де ла Серда, герцог Мединасели. Однако цепь непредвиденных событий отодвинула это назначение, и Альба остался у руля испанской Фландрии до 1573 года.


http://warspot.ru/8045-osada-monsa-nachalo

george_rooke: (Default)
Ну а теперь о том, чего так все ждали.
Разрыв с Турцией назревал еще в 1848 году. 30 июня Лазареву приходит указание от Николая выдать на гора план - сможет ли Черноморский флот сделать высадку на Босфоре, сколько сил, денег и людей на это понадобится.
Чуть ранее Лазарев, словно предчуя это, помешался на лоциях (кстати лоцию Балтики мы составили в 1880-х, если мне память не изменяет). Из письма Шестакову: "На будущей неделе войду опять с перепискою к Титову и буду просить его вразумить турок, чтобы они согласились на продолжение описи и составление лоции берегов и на Черном море, т. е. Анатолии и Румелии, и если они согласятся, в чем я не сомневаюсь, то с мая месяца два тендера наши по прошлогоднему примеру отправятся опять на эту работу, зайдя предварительно в Константинополь для получения на то фирмана и взятия от флота их чиновника, после чего явится в свет и лоция Черного моря, которой до сего времени тоже не было. Опись Мраморного моря окончена, и теперь занимаемся составлением карты изящной отделки в том виде, в каком она должна гравироваться, а с тем вместе и лоции, но эта работа продолжится надолго, и дай бог окончить ее к будущему году, а потом гравировка займет года полтора!"
Это кстати ведь тоже нужно для вторжения.
17 ноября 1849 года Лазарев выдает план экспедиции на Босфор. Предполагалось задействовать 2х100-пуш, 11х84-пуш., 8 ФР, 14 пароходов, всего 55 кораблей и судов, способных перевезти 30 тыс. человек десанта. Для операции предполагалось забрать у армии вооруженные пароходы в водах Абхазии: "Северная Звезда" и др.
Николай, прочитав план, засомневался, посоветовался с Меншиковым, и Лазарева вызвали на ковер. Вопрос был один - "Ты реально считаешь, что это возможно?" Лазарев ответил, что не только возможно, но и необходимо, и чем быстрее, тем лучше.
Николай, привыкший всецело Лазареву доверять, поверил. Меншиков - не до конца. Вернее, он поверил тому, что флот под главенством Лазарева сможет это сделать. На самом деле оговорка очень важная, как мы увидим далее.
К тому времени Лазарев был смертельно болен - рак желудка, но продолжал исполнять свои обязанности. Однако 15 февраля 1851 года был чуть ли не насильно уволен в отпуск Николаем и послан на лечение в Вену в сопровождении В. И. Истомина, жены, дочери и лейб-медика. 28 февраля - в Одессе, далее Варна, и Вена. 15 апреля Лазарев умер. Сначала и.о., а затем и командующим ЧФ стал Мориц Борисович Берх, генерал, хотя Лазарев перед смертью упорно настаивал на назначении Корнилова.
Но Берх хотя бы был вхож к царю, и составлял хоть какой-то противовес Меншикову.
Сам же Меншиков в качестве чрезвычайного и полномочного посла отбыл в Константинополь с дипломатической миссией, по результату которой либо начиналась экспедиция к Босфору, либо султан подписывал мир.
Оттуда Меншиков вынес убеждение, что экспедиция к Босфору невозможна, тогда как флот был уверен - справится без проблем, ибо готовился к этой операции 20 лет.
7 января 1853 года план экспедиции даже опробирован высочайше, причем именно по плану Лазарева - адмирал даже после смерти продолжал играть роль в стратегии. Меншиков же, мало того, что провалил миссию, так еще и подписал соглашение с султаном и иностранными державами о свободе мореплавания в Черном море, тем самым допустив корабли союзников в святая святых. Критикуя же экспедицию к Босфору он говорил, что там 400 орудий и 30 тыс. в районе Константинополя, то есть высаживать надо 50 тыс. минимум, и еще неизвестно какие будут потери.
Слава богу, мы имеем описание войск и укреплений Босфора со стороны англичан - в 400 орудий входили пушки начала XVIII века, на развалившихся лафетах, полностью прогнившие, со ржавчиной. В 30 тыс.гарнизона входило 20-тыс. ополчение из пастухов и т.п., вооруженное чуть ли не копьями, ибо даже мушкетов мало на кого хватало.
Но Меншикову Николай верил. Будь жив Лазарев - мог бы просить царя на его собственную ответственность разрешить проведение операции. Меншиков же, вернувшись из Турции, сместил Берха, и самовольно сам себя назначил комфлота.
И вот здесь стройная лазаревская система дала трещину. Корнилова не назначили (Николай вообще этого моряка лермонтовского типа недолюбливал, больше ему по душе был Нахимов), но и ни Нахимова, не Истомина - тоже. Комфлота стал тот самый человек, который флот не только не любил, но и во флот не верил. Схема дала сбой.
Однако колесо, пусть и с песком в машинах, все еще крутилось. В конце 1853 года разработан план захвата турецкого Батума и форта Св. Николая, ибо флот хотел, желал, мечтал действовать наступательно - его так учили! Ответ Меншикова - "флот необходимо беречь для более важного момента".
Единственное, что в этой ситуации могло спасти - это всеобщая обструкция князя. То есть если бы ВСЕ флагманы и капитаны флота подали в отставку.
Кстати, я много раз слышал про этот метод - вот мы щас все пойдем к директору и напишем заявление об увольнении - однако чаще всего это заканчивается тем, что написано одно-два заявления, а остальные... пугаются. Ну вы понимаете - семью кормить надо, глупо идти против системы, и т.д.
Офицеры ЧФ на такое не пошли, а это, пожалуй, единственно, что могло бы заставить Николая снять пелену с шор. Корнилова Меншиков не выносил, считая, что тот влез в высшее командование по родству - брат супруги Лазарева все же. Бутакова оценил позже, пока что он для него нет никто, да и звать никак.
В этой ситуации князюшка сделал правильный выбор, поставив на Нахимова, и тем самым заставив Корнилова с Нахимовым не работать вместе, в одной упряжке, а конкурировать. В этом смысле 1-я дивизия Нахимова (вернее ее капитаны) была именно в пику Корнилову против активных действий на море, поддерживая Меншикова.
А подготовка флота пока еще никуда не делась, чему примером бой между пароходофрегатами 3 мюня 1854 года.
«3 июня в 8 часов утра крейсирующим отрядом в виду Севастополя были усмотрены три неприятельских парохода (английские «Terrible», «Furious» и французский «Descartes» — А.Т.). Всем пароходофрегатам велено немедленно развести пары. В начале 11-го часа они вышли в море и взяли курс к NW-ту, по направлению, в котором были видны неприятельские пароходы. «Владимир», посланный вперед для осмотра, подходил к ним на расстояние 4-х миль и донес, что они лежат к SW-ту. Сигналом с парохода «Крым» «Владимиру» было велено подойти к Адмиралу для переговоров, после чего он вступил в свое место и мы, построясь в три колонны, легли на WSW, на пересечку курса неприятеля. Вскоре со всех пароходов можно было уже хорошо рассмотреть неприятельские суда. Все три парохода были трехмачтовые и батарейные, передний с белою полосою (этот пароход, как было замечено, в продолжении всего времени ходил лучше всех). В 12 часов велено построиться в две колонны в следующем порядке: правая – «Владимир», «Одесса» и «Бессарабия»; левая – «Крым», «Громоносец», «Херсонес». Неприятель, увидя, что наши пароходы быстро сближаются с ним, уклонился румба на 2 вправо от своего курса, и шел в шахматном порядке на WSW. Через эту перемену курса мы очутились у него в кильватере. В 30 минут 1-го часа задний из неприятельских пароходов открыл огонь по пароходу «Владимир», но ядра его не долетали, и он замолчал. Между тем «Владимир» подошел к Адмиралу и просил позволения со своей стороны открыть огонь. Адмирал разговаривал с командиром «Владимира» о том, как должна быть произведена предстоящая атака. Получив разрешение открыть огонь, «Владимир» занял свое место, и около 45 минут 1-го часа начал действовать из своего носового орудия. Вслед за тем остальные пароходы наши по сигналу Адмирала начать бой, открыли огонь, действуя по способности из носовых орудий, и по сигналу же подняли флаги на всех брам-стеньгах.
Неприятель, спустя некоторое время, поднял кормовые – английский и французский флаги. Когда «Владимир» подошел для переговоров к «Крыму», «Одесса» спустился за ним к левой колонне, и когда «Владимир» пошел от «Крыма» на свое место, «Одесса», вместо того, чтобы идти параллельным курсом, вдруг взял вправо и пошел на свое место по перпендикуляру курса от соответствующего ему парохода левой колонны, из-за чего далеко растянул свою дистанцию от «Владимира». «Бессарабия», следовавший за «Одессою», увидев это, взял влево и обошел его. Между тем передние неприятельские пароходы остановили ход и ждали заднего – который один действовал по «Владимиру» — чтобы выстроить линию фронта, и тогда открыли все огонь из кормовых своих орудий. «Крым», в то время как левый фланг неприятеля остановил ход, также сначала убавил, а потом остановил ход. «Громоносец» — второй в его линии, воспользовавшись этим, вышел у него с правой стороны вперед, а «Херсонес» — третий в линии – шел по левую его сторону. Весь огонь неприятеля, замечательный своею верностью, был направлен почти исключительно против «Владимира». Снаряды его ложились кругом парохода. С нашей стороны некоторые выстрелы также ложились чрезвычайно близко от заднего и правого неприятельских пароходов (за кормою его виден был плавающий спасательный буй, что, кажется, может служить доказательством, что он небезнаказанно стрелял в нас).
Неприятель снова переменил курс, лег на SSW и начал строить фронт на новом курсе, заходя по прежнему правым флангом. Наш левый фланг продолжал держаться на месте или идти самым малым ходом. В это время «Крым» сделал сигнал держаться соединено, и пароходу «Херсонес» — занять место на подветренном траверсе адмирала. Вслед за тем – общий сигнал убавить парусов, и наконец в 2 часа – переменить курс всем вдруг на 16 румбов влево. Мы легли на ONO. Неприятельские пароходы, заметив наше движение, остановили ход, а потом сошлись и, переговорив между собою, двинулись за нами, продолжая палить по «Владимиру», и потом некоторое время по «Бессарабии», который при отступлении отстал несколько от прочих пароходов. В 2 ½ часа неприятель прекратил преследование, и каждый из его пароходов, поворачиваясь к нам бортом, сделал по одному выстрелу батальным огнем из всех орудий своих батарей, но ядра не долетали. В 2 ¾ часа «Крым» сделал сигнал прекратить бой и спустить стеньговые флаги. Эта канонада продолжалась всего около 1 ¾ часа (от 12 ¾ до 2 ½ ). Расстояние изменялось от 16 до 11 кабельтов, и орудия наводились все время под наибольшим углом возвышения. Вообще, как уже замечено выше, действие неприятельской артиллерии было таково, что нельзя не отдать им должной похвалы. Наши же выстрелы были большею частью также прекрасно направлены, но, к сожалению, иногда было заметно, что на некоторых пароходах рулем правили не вполне внимательно или не твердо, отчего иные выстрелы ложились далеко в сторону. Лучше других действовали «Владимир» и “Громоносец”»

У англичан (Клоуз) этот бой почему-то обозначен 11 июня, но и там написано, что "enemy had organised an excellent look-out service along the coast, and noted and reported every movement of the frigates", но бой реально прошел на равных. Ибо - внезапно! - матросы и капитаны не знали, что англичан победить нельзя, что по словам некоторых блоггеров "России вообще на море воевать противопоказано", они просто делали то, что умели. Какая разница, по кому стрелять? Англичанин мрет абсолютно так же, как и турок.
Но заметьте - это уже не политика флота, а инициатива, которая, как известно, без одобрения командования трахает инициатора.
И наконец совещания 9 сентября. Лидера флота уже нет. Планы нарушены. Воевать запрещают. Внутри флота склоки, которые еще пока не вырвались наружу, но вот-вот. При этом - не забываем - прикрытия в виде Лазарева уже нет, и если что - будут судить по Уставу, который проповедует только безусловное подчинение и осторожность.
Вот вы, будучи в такой ситуации, сами как бы проголосовали?
Тем не менее попытки действовать по-лазаревски на море продолжаются даже после решения о затоплении первых кораблей.Константин Петрович Голенко, командир транспорта "Буг" (лазаревский "мастер энд коммандер") насколько я понял самочинно переделывает "Буг" в брандер и идет в Камышевую бухту - сжечь там транспорта союзной армии. Это ли не подготовка? Это ли не инициатива? Мне кажется, ради одного этого факта стоило создавать такую систему.
План его срывается только потому, что его обстреливают русские же батареи, которые о его замыслах совершенно не знают. В том числе и за это (там по совокупности, ибо Голенко по сарказму не уступал Меншикову) его 22 октября.... снимают с транспорта и отправляют на бастионы. И только Дворянское собрание Псковской губернии отмечает: «Голенко был очень умен и иногда зло остроумен; был смел и храбр – доказательство налицо: его решимость войти в море с брандером, чтобы сжечь неприятельский флот, стоящий перед Севастополем».
И специально для тех, кто рассказывает, что против паровых кораблей у парусных шансов нет. Бриг о 12 пушках, «Аргонавт», под командой капитан-лейтенанта Е. А. Серебрякова, вступив в неравный бой с английской паровой шхуной «Snake», имевшей превосходство в мощности машины и вооружении, причинил последней несколько повреждений. Воспользовавшись подувшим ветром, русский бриг оторвался от неприятеля и ушел в Бердянск.
Но это уже агония конечно же.
Главное, что сделала Крымская война - это разрушила схему, школу. Причем оказалось так, что выбито было в самый важный и нужный момент самое важное звено всей схемы - Лазарев.
Вот в этом, если хотите, и есть трагедия русского флота.
Конец флоту наступил 30 августа 1855 года, когда при оставлении Севастополя по приказу Меншикова были затоплены последние 10 пароходов («Владимир», «Громоносец», «Бессарабия», «Крым», «Одесса», «Херсонес», «Эльборус», «Дунай», «Грозный», «Турок») и 1 транспорт («Гагры»). 30 августа 1855 года, то есть через год после начала осады. Пароходы честно отвоевали всю осаду.

April 2017

S M T W T F S
       1
2 3 4 5 6 78
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 02:30 am
Powered by Dreamwidth Studios